Книга Диагноз: В самое сердце, страница 26 – Ольга Тимофеева

— Олесь, мне нужна справка, что я здорова, но… мне нельзя к терапевту.

— Почему? Ты болеешь?

— Нет.… Он… В общем, я тебе потом все расскажу, это длинная история. Просто скажи, что ты Инна Смолова, от Амосова, за справкой, что здорова. Артём Александрович звонил ему, предупредил. Тебя ждут. У тебя маска есть?

— Да.

— Надевай. И это ещё, – снимаю с головы парик и надеваю ей. Сама надеваю ее медицинскую шапочку.

— Ты в парике?

— Да. Хочу стрижку сделать, вот примеряюсь, как мне, пойдет или нет.

Олеся кривится, отговорка у меня на троечку, согласна.

— Давай, – отправляю ее в терапию. Сама жду под кабинетом. Скрещиваю пальцы. Лишь бы прокатило и все нормально было.

В кармане вибрирует телефон. Амосов.

Ну что опять?..

— Да, – отвечаю шепотом.

— Инна, вы где? С вами тут главврач хочет встретиться. – черт. Папа меня четвертует, если узнает.

— Я…. так за справкой сижу, в очереди. Тут самый пик сейчас.

— Потом возьмешь, давай в отделение.

Ага. Бегу. Жду Олесю. Та выходит минут через десять только.

— Ну что, взяла?

— Взяла. Все в порядке, – передает мне бумажку.

— Спасибо, – в порыве обнимаю ее и тяну снова в туалет. Надеваю парик, маску. Ей возвращаю шапочку.

— Ты прячешься от кого-то, Инна?

Замираю и смотрю на нее.

— Да. Я тебе расскажу, но не сейчас. Не выдавай меня.

— Ну, хорошо. В отделение тогда идём?

— Мне нельзя, там па.… там Гуляев.

— А что ты будешь делать?

— Придумаю. Если что, говори, что не видела меня и не дозвонилась. Если что-то срочное, то напиши мне.

— А нам не попадет за это?

Мне точно попадет.

— Я тебя не выдам, если что. Давай, беги в отделение, напиши, когда Гуляев уйдет.

Я прячусь у Макса. Рассказываю ему все, спрашиваю, что делать. Брат только смеётся в ответ и говорит, что я дура, которой все пользуются.

— А ты бы ради Нарзана не сделал такого?

— Я бы лучше купил ему справку, что болел, на этот период.

— Я не подумала… Макс, что делать теперь?

— А что ты сделаешь? Это надо было Инне твоей идти к врачу и брать больничный. А тебе кто теперь даст на ее имя без паспорта?

— И что теперь?

— Когда она возвращается?

— Через две недели.

— Ты сама веришь, что протянешь так долго? – усмехается мне и протягивает яблоко.

— Неа, – машу головой и откусываю кусок, пережевываю. – Мне сегодня пациента поручили. А я что могу с ней сделать?

У меня снова играет телефон. Амосов.

— Чего не отвечаешь? – кивает брат.

— Это Амосов. Папа пришёл в отделение и хочет со мной встретиться. Он же меня на раз-два раскусит. Макс, ну придумай что-нибудь.

— Ладно, скажу, что в груди заболело. Вызову его. Много времени у него нет расхаживать по больнице и вылавливать тебя.

— Спасибо, я твоя должница, – наклоняюсь и целую его в щеку.

Жду у окна, прикрываюсь бумагами. Папа скоро выходит из нашего отделения, идет на лестницу, спускается вниз. Прости, папуль.

Следом захожу в отделение и сразу к Артёму.

— Артём Александрович, – залетаю в кабинет к заву.

Амосов отрывается от экрана компьютера и поворачивается ко мне. В пальцах держит кубик Рубика и четко, но плавно шевелит пальцами, будто играет на музыкальном инструменте, передвигает стороны кубика.

— Что? – недовольно кивает.

— Я справку принесла, – кладу на стол бумажку, которую он просил. – Я здорова.

— Почему не сказала, что дружишь с дочкой Гуляева?