Онлайн книга «В разводе. Единственная, кого люблю»
|
Но той фотографии не существовало, потому что я никогда не снимал её настоящую. Не додумался. Люди приходили, говорили слова. Я не слышал. Стоял в чёрном костюме и смотрел на гроб, и всё внутри меня кричало: это неправильно! Это ошибка! Она не может там быть! Она только что играла на пианино, только что смотрела на меня через зал, только что сказала «чудовище»... Гроб опустили. Земля. Глухие удары комьев о крышку. Каждый удар — как по рёбрам, как по тому месту, где она когда-то лежала, прижавшись, и я слушал её дыхание… Земля закрыла всё. И тогда подошла мать. — Дмитрий, — она встала рядом. Чёрное пальто, чёрные очки, лицо как из камня. — Марьяна постоянно звонит, спрашивает о тебе, волнуется. Ты давно не заезжаешь к ней и к сыну… Я молчал. Смотрел на свежую землю. — Я всё понимаю, — продолжала она. — Но нужно двигаться дальше, жить настоящим. В конце концов, есть и её вина в том, что произошло… Она сделала то, чего не должна была. Не должна была уходить, не должна была садиться к чужому человеку в машину. Она должна была молчать и мириться с любым твоим словом. Такие правила. Она помолчала. — Ты должен подумать о Марьяне, о своём наследнике. Вы должны стать семьёй, ты женишься на ней. Её слова долетали до меня как из пещеры. Глухие. Далёкие. Лишённые смысла, как звуки языка, который я когда-то знал, но забыл. Я развернулся и ушёл. Не дослушав, не ответив, не посмотрев на неё. Просто ушёл. По мокрой аллее, мимо людей в чёрном, мимо машин, мимо всего, что когда-то составляло мою жизнь и больше не значило ничего. Сел в машину, повернул ключ, вдавил газ. Стрелка спидометра поползла вправо — как тогда, в ту ночь, по той же дороге, по тем же километрам. Дорога превращалась в размытую полосу. Фонари, деревья, знаки — всё сливалось в одну серую ленту. Я смотрел вперёд и не видел ничего, потому что всё, что стоило видеть, уже закопали. Всё потеряло смысл. Империя. Фамилия. Деньги. Контракты. Наследник. Мать. Марьяна. Всё это было словами на бумаге, которая сгорела вместе с машиной на дне того обрыва… Я разогнался ещё сильнее и понял, что мне всё равно, чем это закончится. А потом мир резко перевернулся. Удар, скрежет, стекло. И… темнота. ГЛАВА 9 ГЛАВА 9 Анна Фары приближались, и я сделала шаг к дороге… Глупый, отчаянный, собачий шаг навстречу свету, потому что в темноте больше нельзя было оставаться ни секунды. Темнота пахла им. Его словами. Его молчанием. Его «выходи из машины, Анна, немедленно». Свет ослепил — машина летела прямо на меня! Визг тормозов, я отпрянула назад, запнулась о гравий, потеряла равновесие. Сумка слетела с плеча и упала где-то в темноту, я даже не заметила. Потому что из машины выскочил кто-то, и на секунду мне показалось, что это он… Что он вернулся! Что сейчас он скажет что-нибудь, что склеит мир обратно! Но силуэт был другой — ниже, легче, быстрее. — Аня?! Аня, это ты?! Господи... Агата? Моя сестра! Моя старшая сестра, которая с шести лет дралась за меня на детских площадках и с тринадцати разговаривала с моими обидчиками так, что те потом неделю ходили по стеночке. Агата, которая однажды приехала ко мне в школу и сказала учительнице, оскорбившей меня при классе: «Вы обидели не ту девочку. Потому что у этой девочки есть я!» Она подлетела ко мне и обняла — крепко, тесно, по-детски, как обнимались в детстве, когда одной было страшно, а вдвоём уже нет. И я вцепилась в неё и поняла: вот он, первый момент за весь этот вечер, когда мне разрешили не держаться. |