Книга Развод. Его холодное сердце, страница 57 – Дарина Королёва, Диана Абрамова

"Ты должна переехать в семейный особняк", "Ты будешь слушаться мою мать", "Таковы традиции"...

А потом появилась она. Ясмина.

И мой мир рухнул окончательно.

— Это просто деловые отношения, — повторял Давид. — Существует договоренность между нашими семьями. Я обязан.

Но я видела его взгляд, когда он смотрел на неё…

Катя

(на 7 месяце беременности)

“ Свадьба века в Стамбуле!” — кричали заголовки.

“Объединение двух великих династий: Шахин и Атеш!”

Я смотрела на фотографии, машинально поглаживая живот. Семь месяцев уже, скоро будет заметно даже под свободными платьями.

Всё на этой свадьбе буквально кричало о роскоши. Белоснежный "Майбах", утопающий в белых и алых розах. Вереница чёрных "Гелендвагенов" с правительственными номерами. Красная ковровая дорожка, усыпанная лепестками.

Дворец Долмабахче сиял огнями — любимая резиденция последних султанов, с колоннами из итальянского мрамора и хрустальными люстрами в тысячи свечей. Именно здесь проходила церемония.

Ясмина... Она была ослепительна в платье от известного французского кутюрье — белый шелк, расшитый кристаллами, шлейф длиной в пять метров, фата как облако. Тиара с бриллиантами в идеально уложенных черных волосах — фамильная драгоценность семьи Шахин.

А рядом он... Давид. В черном смокинге, который сидит так идеально, будто его шили прямо на нем. Высокий, статный — воплощение силы и власти. Но что-то не так с его улыбкой... Та самая улыбка, которую я когда-то считала только своей, которая предназначалась только мне — чуть насмешливая, с лукавыми искорками в глазах. Теперь она кажется другой. Натянутой? Печальной?

Или это просто игра света? Или я просто хочу так думать?

"Самая громкая свадьба года!"— восторгались журналисты. — "Объединение двух влиятельнейших династий! Пятьсот почетных гостей! Шоу известных мировых звезд! Праздничный фейерверк над Босфором!"

"Наследник крупнейшего фармакологического холдинга и дочь министра здравоохранения отправятся в свадебное путешествие на Мальдивы..."

Захлопнула ноутбук. Тошнота подступила к горлу — то ли от токсикоза, то ли от этой картинки идеальной пары.

"Отлично," — думаю, глядя на своё отражение в черном экране. — "Может, теперь ему не до нас. Может, он наконец успокоится со своей идеальной женой. В медовый месяц им будет чем заняться."

Ребенок толкнулся, словно споря со мной. Я погладила живот:

— Тише, маленький. Нам и без него хорошо.

Вспомнились её слова, когда падала с лестницы — "Мой ребенок!" Интересно, они успели до свадьбы? Хотя какая разница…

Сейчас она законная жена, а я... Кто я теперь? Беглянка с его ребенком под сердцем.

Слёзы подступили к горлу. Меня предупреждали — и мама, и братья, и подруги.

"Он слишком властный", "Он из другого мира", "Такие мужчины не меняются". А я не слушала. Летела как мотылек на огонь, и вот, наконец, обожглась...

Каждую ночь он приходит в мои сны. То нежный и ласковый — такой, каким был в начале наших отношений. То страстный и неудержимый — как в те ночи, когда мы не могли насытиться друг другом.

А иногда... иногда снится совсем другое. Будто мы гуляем вчетвером по набережной Босфора — я, он, Маша и маленький темноглазый мальчик, так похожий на отца. Давид держит сына на плечах, что-то рассказывает, смеётся...