Книга Крепкое плечо, страница 84 – Татьяна Чащина-Анина

За окном буйным цветом раскинулся какой-то куст. За стенкой слышался детский плач и смех взрослых людей.

Я взяла белое платье и поплелась в душ.

И телефон не взяла. Придётся с Танькиного Володе звонить.

Я всё поняла, осознала. А вот почему так отреагировала, не могла понять. Стоя под душем, решила, что у меня со здоровьем проблемы. Меня то в пот кидало, то я мёрзла. Признак возрастной женщины. И пришлось принимать контрастный душ.

Хуже того, я то хотела смеяться от счастья, потому что Володя у меня — защитник и любящий мужчина, то рыдать, что повела себя неадекватно и с Надей у меня в жизни не будет нормальных отношений.

Единственный ребёнок. Какая же я дура! Нужно было рожать в молодости, сейчас бы двое, трое было.

Нет, это не модно. Это не прокормить и нищету плодить. Только когда уже заканчивается репродукция организма, начинаешь задумываться, а почему у Людмилы Александровны всё отлично, и дети помогают, а со мной дочь не разговаривает.

Уже поздно пить боржоми, похоже пауза не за горами.

Такая смена состояния ни к чему хорошему не приведёт.

Я вышла из душа. Дверь я ночью не закрыла, поэтому ко мне с утра пришла Милана в ярко-салатовом сарафане. Уже успела загореть за пару дней. Смотрела на меня печальными Пашкиными глазёнками. Таня на кухоньке вскипятила чайник.

— Ярик, так ты серьёзно от него уходишь или пока не в курсе?

— Привет, Милана, — улыбнулась я девочке.

— Здравствуй, тётя Ярик, а папа завтра прилетает. Его взяли в какую-то очень большую фирму мозговым центром, и папа теперь будет зарабатывать много-много денег.

— Милка! — ошарашенно ахнула Танюха. Она тоже загорела и ходила в коротком сарафане, который её сильно молодил. — Я запретила тебе всё рассказывать. — Ярик, у нас булочки, ты не худеешь?

— Я не буду, после самолёта тошнит до сих пор, — уныло отозвалась я. — Да и в такую жару чая не хочется.

— Мы сейчас на море, ты с нами? — подруга обеспокоенно смотрела на меня.

— Нет, у меня сегодня консультации. Интернет нормальный?

— Отличный.

Мы сели за столик завтракать. Я вроде с ними сидела, а вроде у себя на квартире, где нужно убрать осколки голубой посуды.

Зря я улетела! Мне хреново без Володи. Мне так плохо, что нужно обязательно собраться с духом и позвонить ему.

— Давай пообедать сходим куда-нибудь, — сиротливо смотрела на меня раскосыми глазами Таня и улыбалась печально. — На тебе лица нет. И загореть не помешает. Консультации — это хорошо, но на море обязательно появись.

— Ладно, — успокоила я её и отпивнула из чашки вкусного чёрного чая. Таня всегда пьёт очень крепкий чай. Ей не всё равно, на какой воде он заварен и откуда сей напиток приехал.

Проснулся аппетит, и я съела три булочки. Неожиданно. Но я не обратила на это внимание, потому что вдруг стало так хорошо. Истома навалилась, и я, достав свою сумочку, прямо перед девочками стала краситься, позволяя Милане рассматривать мои помады и карандаши.

— Я люблю Володю, — призналась я. — Мне нужно ему позвонить. Дашь телефон?

Таня тут же достала свой аппарат и набрала номер моего Хренсгорова.

Номер оказался недоступен.

И я заревела.

— О-о-о! — протяжно завыла Танюха. — Да всё в порядке! Сейчас телефон зарядит и перезвонит.

— Мне сорок три! Я никогда больше не встречу такого мужчину! Я и этого-то не должна была встретить, — ныла я.