Книга Крепкое плечо, страница 68 – Татьяна Чащина-Анина

Лучше я к родителям Володи десять раз съезжу, чем к своим хоть раз. Я даже не звоню… Неблагодарная!

Второй день висели на вешалках в гостиной два наших костюма. На пиджаках пылились очки. Мы их не носили, только иногда надевали, эти аксессуары делали нас с Володей солидными.

В квартире повисла напряжённая атмосфера, мы с радостью моим сидели за кухонным столом и хмурились на шахматную доску. Нашли в его старом доме коробку шахмат советского образца и решили сыграть.

Руки я держала на коленях, на столешницу не укладывала, потому что соперник был коварен и ласкал мои пальцы, усыпляя бдительность.

И смотреть на него нельзя было. Он лохматый, с красивой бородкой, украшенной сединой, ненасытными глазами с блеском. С болезнью немного поправился и стал вообще аппетитным. Я пыталась загнать его ферзя и сожрать, но никак не получалось.

И вдруг звонок в дверь.

Мы с Вовой нахмурились, глядя в прихожую.

— Ты ждёшь кого-то? — поинтересовался Володя.

— Нет, — растерянно ответила я.

И главное, уже в дверь звонили, минуя домофон. Девочка Даша очень любит впускать в подъезд кого ни попадя, нужно с ней поговорить об этом.

Гриша к нам ни ногой, Малюта уже извинился, подрядчик не знает, где мы живём.

Я поправила халатик и пошла открывать. Володя за мной.

В глазок посмотрела и побледнела.

— Моя дочь, — вздохнула я. — Когда оформляли квартиру, посмотрела мой новый адрес.

— И что ты так переживаешь? — усмехнулся Володя.

— Сейчас узнаешь, — сквозь зубы процедила я и открыла дверь, натянув улыбку. — Какие гости!

Надюша, загоревшая, в светлом сарафане, с порога бросилась мне на шею и поцеловала в обе щеки. Потом её радость омрачилась довольным Владимиром за моей спиной, и девушка поменялась в лице.

— Это кто? — уже не ребёнок, уже стерва, в которой я точно узнала свою родную мать.

Я люблю свою девочку, но нужно признать, что Наде от меня досталась только внешность, гремучая смесь бабушки и отца надёжно скрылась за ангельской наружностью.

— Проходите, — я затолкала в квартиру невозмутимого Антона, который держал в руках тортик, и закрыла дверь.

Прошла к Володе и взяла его за руку. Вова приобнял меня за талию и улыбнулся, как отчим года.

— Владимир, это моя дочь Надя и её муж Антон. Дети, это мой будущий супруг Владимир Амосович Хренсгоров.

— Зачётно, — усмехнулся неулыбчивый Антон и пожал Володе руку.

— Что?! — возмутилась Надя. — Какой Амосович на хрен! Ты где этого просроченного байкера откопала?!

— Мальчики, поставьте чайник, мы с Надей сейчас придём, — невозмутимо улыбалась я…

Знала! Я знала, что она себя раскроет во всей красе при встрече с моим мужчиной. Пока студентка, пока строит из себя ребёнка, истинное нутро сидит глубоко в ней, но при любой некомфортной для неё ситуации Надя уже начинает выпускать коготочки. Думаю, бесполезно с ней разговаривать и настраивать на семейную жизнь, полную взаимопонимания, эта девочка Антона изведёт. Столько лет я пыталась этого не замечать, столько лет я верила, что Наденька — моя маленькая прелесть. Но в данный момент она пыталась демонизировать моего Володю. А это моя территория. Пусть Танька считает меня нюней и тряпкой, есть вещи, в которых я категорична.

Я Наде сейчас подкину демона.

Взрослая баба, в её возрасте кто-то уже детей воспитывает, пора уяснить некоторые вещи. Допустим, что мать — это тоже человек, что я имею право на личную жизнь и будущее. Я не биомусор. Эта фраза, кстати, вырвалась из поганого рта моей матери, когда мне исполнилось сорок лет.