Книга После того как мы упали, страница 145 – Мила Любимая

— Собирайся, договорим в машине, — я решительно поднялся со своего места.

— А я никуда не пойду, — змеей прошипела она. — Я закажу коктейли и буду вредить нашему общему ребенку, ты понял? И это будет только твоя вина, Сотников! Потому что у тебя даже нет мужества, чтобы…

Ой, дура.

— Так, Вика, ты можешь делать, что хочешь вообще. Если ты настолько идиотка, мне помочь тебе нечем. Но твои самостоятельные решения начнутся только после того, как у меня появится тест ДНК.

Меду нами воцарилась секундное молчание. А затем Степанова начала реветь. Громко, протяжно. Изображая ни то гиену, ни то степного койота. Может, всех сразу.

Подхватив ее под локоть, вытащил Вику изо стола, хотя она усиленно сопротивлялась и сыпала проклятиями в мой адрес, и в адрес Авроры. Какая она бедная несчастная, а я мудак и козел, поматросил и бросил…

Без понятия, как до сих сдерживался и оставался чуть холоднее куска ледяной скалы посреди северного ледовитого океана.

— Давай, ударь беременную женщину! — завопила Вик истошно, колотя меня, где придется, пока я вел ее за собой к выходу. — Может быть тогда и избавишься от нас с малышом!

Боже…

Вызывайте санитаров, эта девчонка окончательно свихнулась.

И тут я вообще не при чем.

Я никогда не давал Вике надежды на радужное будущее. У нас вообще были типичные отношения однокурсников. Я не интересовался ей особенно, пусть и девчонка она симпатичная.

А то, что она меня любит… или вбила в голову, что любит… ну ее это проблема. Только ее. Никто не обязан любить тебя в ответ. Так в жизни бывает. Неразделенная любовь — мрак.

Наконец, мы добрались до моей машины. Кое-как усадил в салон упирающуюся Степанову, обошел тачку и упал за руль.

— Итак, сейчас мы с тобой едем в клинику, Вика.

— К-какую клинику?

— Обыкновенную. Там, где тест ДНК делают.

— Н-но…

— Никаких «но». Мы решим наши проблемы так быстро, как это возможно.

— Наш ребенок для тебя проблема?! — она со всей дури заехала мне кулаком по плечу.

Ауч…

Но я решил сей жест проигнорировать на первый раз. Может, отпустит и она начнет вести себя нормально.

Беременная или нет, но девчонок я из принципа не бью. Мама с папой воспитали. Адекватный мужик руки на женщину не поднимет, чтобы эта ведьма не вытворяла. В наше время это почему-то считается благородством. Но на самом деле — это то, что должно быть заложено природой. То, что делает нас людьми.

— Ну чем она лучше меня?!

— Вик, давай ты успокоишься. Тебе нервничать сейчас нельзя.

— Если ты не останешься со мной, клянусь, я что-нибудь с собой сделаю!

Же-еее-сть…

— Тебя в психушку сразу сдать или ты мозги включишь, Степанова? — я с силой встряхнул ее за плечи, чтобы в чувство пришла. — Повторяю в последний раз. Если этот ребенок мой, я буду его отцом. Но это не сделает меня твоим мужем. Тебе ясно?

— Ясно.

— Аллилуйя!

/Ян/

Можете меня поздравить… или, наоборот, принести свои глубокие соболезнования.

Но, кажется, радостью отцовства я с вами в ближайшем будущем уже не поделюсь.

Последние дни я прожил в сущем аду, находясь в самом подвешенном состоянии из всех возможных.

Да-да, меня совсем не прельщала перспектива становится отцом ребенка Степановой.

И дело вообще не конкретно в Вике.

Я не хотел детей в принципе, в том числе и от любимой девушки.