Книга Я приручу тебя, босс, страница 66 – Оливия Лейк

— Как видишь, у вашего шпиона ничего не вышло, — тонко улыбнулся я.

— Я знаю его имя и метод… — она нервно заказывала руки. — Это важно, Никита.

Не знаю, чутье или интуиция, но у меня засвербел затылок: так было всегда, когда нащупывал что-то стоящее.

— Твои условия? — холодно начал торг. Он всегда уместен.

— Я хочу, чтобы у меня и сына было будущее. Я хочу развестись и уехать. Хочу, чтобы у Алеши был капитал для старта. Хочу стать независимой от мужа…

Я криво улыбнулся. Видимо, хлебнула с Вяземским старшим. Я не ехидничал, но и жалости не испытывал. Мы сами ответственны за наши выборы.

— Давай так: если сочту информацию стоящей, твой сын получит солидную компенсацию. Если нет, — развел руками.

— Но…

— Ты можешь уйти прямо сейчас, — прервал нетерпеливо. — Не держу.

— Ладно, — согласно кивнула. — Все расскажу.

Настя нервно поправила волосы и посмотрела на меня затравленно.

— Я слышала разговор Андрея и некого Сергея Михельсона. Это было еще весной.

Я нахмурился. Знакомая фамилия. Был у меня несколько лет назад интерес в Санкт-Петербурге. Я выкупил за бесценок компанию по переработке вторсырья. Но собственник за «хорошее поведение» чистым налом получил приличный откат. Позже узнал от общих знакомых, что умер от инфаркта, но без подробностей. Сердце не выдержало кутить с проститутками вроде бы. А Сергей — это кто? Однофамилец или родственник? И какое это имело отношение ко мне?

— Как я поняла: он консультант по щекотливым вопросам, — и на меня осторожный взгляд бросила. Торговец секретами, значит. Если я о нем не слышал, то либо он мелкая сошка, либо осторожен.

— Они кого-то купили из моих людей? — строго спросил, моментально анализируя: кто и на каком этапе мог продаться?

— Не знаю, — покачала головой. — Как я поняла, чтобы подобраться к тебе этот Сергей использовал женщину.

Я бросил на Настю резкий взгляд. Что она сейчас сказала?!

— Продолжай, — произнес, как бритвой полоснул. Нет. Это какая-то хуйня. Догадка уже обожгла легкие, мозг обрабатывал информацию, а сердце предательски протестовало. Оно только биться начало и не хотело снова уходить в темноту.

— Она должна была соблазнить тебя и сливать информацию.

— Кто?

Настя поежилась. Мне самому стало страшно от своего убийственного пустого голоса.

— Я не знаю имени. Только то, что муж кричал неделю назад, что от бабы толку нет и с него тянут деньги. Сергей пообещал, что все будет. Что эта женщина живет с тобой.

— Что ты сказала? — не выдержал и цапнул ее за горло: сдавил, убить хотел, но не ее, другую. Ангелочка. Золотую девочку с невинными глазами. Продажную лживую тварь. Убью!

Никита

Моя рука сжималась на ее горле. Мне хотелось сделать больно. Настя начала хрипеть и цепляться за запястье, царапаться и брыкаться.

Один. Два. Три. Закрыть глаза и дышать. Я должен справиться. Главный я, а не мой гнев. Я главный!

Меня отпустило. Я разжал пальцы. Настя, хрипя, упала на пол. Четыре. Пять. Шесть. Все под контролем. Я все контролирую.

Зло усмехнулся и помог ей подняться. Давно у меня не было настолько острого желания крушить, ломать, уничтожать. Но не зря годы общался с психологом. Чертова терапия работала. Жаль, что она в принципе мне понадобилась. Блядь, любовь все же самая продажная сука. Как и женщина.