Книга Осколки нас…, страница 53 – Ева Риччи

Друг погрозил мне пальцем.

— Не смей плакать! Ты произвела на свет такую чудесную девочку! Просто прелесть! И она ждёт, не дождётся, когда её мамочка взглянет на неё хоть одним глазком.

— Правда? — Всхлипнула.

— Конечно! — Он улыбнулся. — Или ты думаешь, что я тебя обманываю⁈ Разве я на такое способен⁈

Сквозь слёзы улыбнулась в ответ.

— Конечно же, нет.

— Ну вот. — Одобрительно посмотрел на меня. — Сейчас я попрошу, чтобы принесли твою красавицу. Подожди немного.

Он вышел из палаты.

Вздохнула. Неужели у меня всё прошло замечательно. У меня родилась дочка, которую я буду любить всем сердцем… точнее, уже люблю.

Вошёл Алексей, ободряюще посмотрел на меня.

— Сейчас принесут!

— Так хочется её увидеть!

Мы ненадолго замолчали, ожидая появления медсестры.

Наконец, дверь открылась, и улыбающаяся медсестра внесла малышку.

— Можно? — Умоляюще посмотрела на медсестру.

— Только недолго, — ответила, передавав ребёнка Лёше.

Он склонился надо мной, показывая мне дочурку.

— Какая красавица… — прошептала. — Я назову её Светой.

— Красивое имя, — пробормотал друг. — И оно очень ей подходит. Светлячок.

В этот момент малышка распахнула свои голубые глазки и уставилась на меня.

— Крошка моя! Я так тебя люблю!

Несколько слезинок скатилось по щекам.

— Давайте я отнесу девочку. — Медсестра осторожно забрала у Алексея ребёнка. — Завтра вам уже позволят кормить, — пообещала она.

— Хорошо. — Кивнула, провожая восторженным взглядом медсестру с дочкой на руках. — Она просто красавица, правда? — Спросила у него, как только за медсестрой закрылась дверь.

— Да! Вся в красавицу маму. — Твёрдо ответил он. — Пообещай мне одну вещь.

— Какую? — Спросила удивлённо.

— Больше никогда не будешь меня так пугать! Когда ты потеряла сознание, я чуть богу душу не отдал. Ты почему не сказала, что чувствуешь себя плохо уже не первый день! Ещё и медведя таскала. — Отчитал меня.

— Я… я прочитала, что это ложные схватки, — попробовала оправдаться.

— Настя! Ты же могла позвонить Игорю… В конце концов, мне сказать.

— Ну ты же кардиолог, — не сдавалась я.

— Какая же ты глупышка…

— Прости, — жалобно пискнула.

— Да я уже успокоился, выговорился и легче стало, — махнул он рукой. — А теперь засыпай.

— Хорошо, — согласилась, сил и правда не осталось, очень тянуло в сон. Приблизившись, Лёша меня поцеловал в уголок губ и осторожно обнял.

— И держать твою крошку на руках в первые минуты после рождения было очень волнительно, — севшим голосом проговорил.

— Ты уже давно больше чем друг, настоящий член семьи, — сонным голосом ответила ему и погрузилась в мир сновидений с улыбкой на губах.

* * *

Материнство накрыло меня волной, захлестнуло до самой макушки. Восстановление после операции оказалось куда сложнее, чем я могла представить. После выписки пришлось переехать к родителям — одной справляться было тяжело.

Алексей приезжал по выходным. Мы сидели с ним за одним столом, общались в кругу семьи, но каждый раз между нами оставалась незримая стена. Я тянулась к этому мужчине, но нерешительность цепями сковывала мои попытки приблизиться. Мы словно зависли между дружбой и чем-то большим — чего, возможно, оба боялись.

Со временем исчезла даже дружеская близость. Ни украдкой подаренных поцелуев в лоб, ни объятий, которые могли согреть. Алексей отдалился, а я только наблюдала за этим, не находя в себе силы что-то изменить. По ночам плакала в подушку, но шаг навстречу сделать не решалась.