Книга Осколки нас…, страница 52 – Ева Риччи

— Настя, стой, — вдруг окликнул он меня. — Посмотри, я карусель прикрепил.

Он подвёл меня к кроватке и нажал кнопку. Под потолком зазвучала мелодия, и закружилась карусель с героями советских мультфильмов. Красивая и трогательная игрушка заставила моё сердце сжаться от умиления. Слёзы навернулись на глаза.

— Это так мило… — прошептала я, не отрывая взгляда от карусели.

Алексей выключил игрушку, и комната погрузилась в тишину. Я посмотрела на него, чувствуя невероятную благодарность. Легонько коснулась его щеки губами, а он, нежно притянув меня в объятия, поцеловал макушку.

Этот день я запомню навсегда. Сегодня я по-настоящему счастлива.

И не обязательно моей малышке иметь родного отца, её будут окружать люди, которые по-настоящему будут любить малышку. А когда-нибудь дочка обязательно обо всём узнает. Как и её отец. Но только в своё время. Тогда, когда я сочту нужным.

Вздохнув, вышла из детской. Так захотелось перекусить, и я направилась на кухню, чтобы что-то съесть.

Резкая боль пронзила живот. Замерев, схватилась рукой за стену, так как в глазах потемнело. Когда боль отступила, глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

Я не понимала, что происходит, но очень надеялась, что ничего серьёзного. Мне ещё рано рожать. Срок совсем неподходящий. Резкая боль снова схватила и вновь отпустила. Вздрогнула. Неужели началось? Но ведь рано, у меня ещё должно быть четыре недели в запасе. Что же это такое?

Неожиданно мне стало страшно, но я постаралась взять себя в руки.

— Помогите, кажется, я рожаю, — прокричала на всю квартиру.

— Настюш… — Меня подхватили крепкие руки Алексея. — Держись, сейчас мы с тобой поедем в больницу.

Папа сел за руль, а мы с другом сели на заднее сиденье. Промежутки между схватками сокращались, но Лёша говорил, что у меня есть время. Он кому-то звонил, отдавал приказы, чтобы готовили родзал, и, набрав своего друга, и по совместительству моего гинеколога, предупредил его, что у меня начались роды.

Лёша последовал за мной на этаж для рожениц.

— Алексей Георгеевич, а ты куда собрался⁈ — Удивлённо воскликнула я, видя, как он переодевается в медицинский халат и брюки. — Зачем тебе это видеть⁈

Он обернулся на мой возглас.

— Настя, отставить панику. Я сейчас здесь исключительно как врач. И мне важно, чтобы у пациентки моей больницы, рожающей восьмимесячного ребёнка, всё закончилось хорошо.

— Твоей больницы… я не знала, — прошептала.

— Моей, но это ничего не меняет. — Посмотрел на меня с теплотой во взгляде. — Игорь Иванович, поторапливайтесь, — проговорил он вошедшему гинекологу.

И это было последнее, что я запомнила, мои глаза закрылись, и я потеряла сознание.

Приходить в себя тяжело, с трудом открыла глаза.

— Как ты, Настюш? — Лёша склонился надо мной.

— Что произошло. — Изумлённо моргнула, посмотрела по сторонам.

— Ты в реанимации, пришлось сделать тебе кесарево сечение.

— Из-за чего? А малышка? Она… — Сглотнула ком в горле.

— С ней всё хорошо, не переживай, она в отделении для новорожденных. — Погладил меня по голове он.

— А родители?

— Отправил их домой, уверив, что прекрасно справлюсь сам, — ответил Лёша. — Надеюсь, ты на меня не в обиде?

— Я ничего не помню, — прошептала. — Я так хотела увидеть свою малышку, а ничего не помню. —

На мои глаза навернулись слёзы.