Книга Сводные. Любовь на грани, страница 186 – Ева Риччи

— Настолько привыкла к роскоши, что легла под моего друга? — перевожу внимание на мелкую.

— М@дак! — сопит гневно.

— Бл..

— Царь! Остановись! — перебивая, Баринов слетает с крыльца и встаёт между нами.

— Вы вместе? Ммм? Как, бл@ть, давно ты с ним трахаешься? — убийственным взглядом окидываю девчонку и брезгливо кривлюсь. — Ответь… долго ломалась? Или ради крыши над головой сразу ноги раздвинула?

— Я тебя предупреждал! — рычит друг, и мне со всей мощи прилетает хук справа в челюсть.

Не ожидая такой подставы от Дэна, отлетаю на метр, ошалев от происходящего, сплёвываю кровь на снег и смотрю на них, мелкая стоит и плачет, прижимая кота, друг в ярости сжимает и разжимает кулаки.

— Угадал, получается! Не брезгуешь трахать? Не боишься, что и на тебя киллера найдут? — ржу в полный голос, адреналин шарашит по венам, разгоняя кровь. — Она такая же, как мать: друг, очнись! — мелкая заходится в рыданиях и, громко всхлипнув, срывается с места, забегает в дом.

— Ты, бл@ть, идиот? — подлетает ко мне Дэн и, схватив за грудки, встряхивает.

— Нет, не я! Дай посмотрю, на твоей спине мишени нет? Девок много, а вот друзей мало, переживаю, — продолжаю нагнетать.

— Угомонись и не неси фигню. Нет у нас с ней ничего, её бабушка в гости пригласила. У меня Аля. Ты, вроде, говорил, что у тебя тоже в плане девчонок нормально, — саркастически смотрит на меня.

— Нормально, — цежу сквозь зубы.

— И чего тогда бесишься, Отелло? — лыбится друг.

— Угомонись и не неси фигню, — парирую его же фразой.

— Когда перестанешь быть бараном? Не надоело? Любишь же!

— Чего несёшь, — ржу.

— Что вижу — то и говорю! Ладно, сейчас переоденусь, и поедем. Заходить будешь? — внимательно следя, задаёт вопрос.

— Зайду, — сбрасываю его руки, которыми держал за грудки и прохожу мимо, направляясь в дом.

Денис догоняет и говорит:

— Она жила у нас после больницы, вы же выкинули, как котёнка из дома…

— А ты подобрал, — кривлю губы в улыбке и чувствую, как по подбородку течёт кровь из разбитой губы.

— Семью не бросаем, — нагло подмигивает придурок.

— Напомни, с каких пор она наша семья? — удивлённо на него смотрю.

— С тех самых, как одна царская задница пустила свою жизнь под откос, — отвечает с под@бкой.

— Пф-ф…

Проходим в гостиную и я стопорюсь: на диване сидит Арина и буквально плачет в кота, а он, в задушенном её порывами положении, свисает с рук и терпит девичьи слёзы. Дэн улыбается, поворачивается и тихо произносит:

— Чувак, мне жаль, но у тебя нет шансов. Кажется, она нашла себе нормального мужика, — разворачивается и выходит из комнаты.

Сердце бабахает в области рёбер, в горле появляется ком, не могу вздохнуть, растираю шею и продолжаю пялиться на плачущую мелкую. Которая не обращает внимания на происходящее вокруг. Поддаюсь порыву и делаю пару шагов в её направлении…

— Девочка моя, накапала тебе валерьянки и пустырника, — в гостиную вошла Алевтина Петровна.

Оборачиваюсь на голос и встречаюсь с разочарованным взглядом женщины.

— Теперь понятно! Твои старания? — проходит мимо меня спрашивая.

Стою молча, нечего мне ответить. Нихр@на не понимаю, что вообще происходит. Минуты тянутся медленно, наблюдаю, как отнимает у Арины из рук Люци и протягивает ей стакан с мутной жидкостью. Встречаемся взглядами с котёнком и меня крошит изнутри, не может быть, нет! Я, бл@ть, говорю... нет! Мне просто её жалко!