Книга Сводные. Любовь на грани, страница 108 – Ева Риччи

— Работать сможешь?

— Да, — выпив горячего чая, согревшись и придя в себя, отзываюсь с твёрдыми нотками в голосе.

— Значит, открываю твою богадельню, — снимает табличку с двери.

— Разбитые рамки и тарелки заказал, нашел похожие. Завтра все доставят, — сообщает Денис, теперь понятно, что он делал в телефоне.

— Спасибо, — на глазах опять слёзы, мне очень приятна их сегодняшняя забота.

— Отлично, — кивает Матвей. — Ты до скольки? — перемещает внимание на меня.

— До девяти вечера.

— Я в машину за ноутом, поработаю здесь, — ставит перед фактом.

Слабо улыбаюсь и ничего не отвечаю, не желаю сейчас выдумывать себе романтических иллюзий, это просто-напросто забота как об одном из членов семьи.

— Арин, приготовь кофе, пожалуйста, рубит спать, просто капец! — отвлекает меня от мыслей Тимофей.

— Сейчас. Денис, тебе кофе?

— Мне тоже и кусочек “Захера”, — прилетает от вернувшегося Царёва.

— И я бы десерт съел, давай “Штрудель вишнёвый” и кофе, — заказывает Денис.

Приношу всё за столик ребят и расставляю, сознательно без счёта, должна же я как-то отблагодарить за спасение. Через полчаса кофейня заполняется посетителями. Время летит быстро, за работой оставляю все мысли о произошедшем на втором плане. Ребята встают из-за столика и прощаются с Матвеем. Денис подходит к кассе и оставляет две красные купюры.

— Это за вкусный кофе и десерты, ты забыла принести счёт, — подмигивает, направляясь на выход.

— Я и не собиралась, — лепечу в растерянности.

— А зря, любой труд должен оплачиваться, — бросает Тимофей и выходит из кофейни.

Две пятитысячные купюры красиво лежат на прилавке. Это однозначно много за кофе и десерты. Сдача — мои чаевые?

Чувствую, как мурашки бегут по телу врассыпную, взглядом упираюсь в глаза Матвея. Смотрит с похотью и страстью, жаля меня и сбивая дыхание, память услужливо подкидывает воспоминание, как он меня целовал и ласкал. Не могу отвести от него глаз, меня магнитом манит к нему. Чувствую, как грудь наливается томлением, и внизу живота непривычно сладко ноет и тянет. Его глаза делаются чернее ночи, и он, прищуриваясь, сжимает зубы. Понял, о чём я размышляю? Между ног становиться влажно и мне от этого дискомфортно. Он слишком мощную власть имеет над моим телом. Зажёг меня всего лишь взглядом! Интересно, а он хоть немного возбудился?

— Девушка, принесите “Веганскую шарлотку” и зелёный чай, — доносится до моего возбуждённого мозга заказ с пятого столика.

Матвей разворачивается и смотрит на неё, девушка извиняющимся взглядом отвечает. Отворачивается, но взгляд больше ко мне не возвращает.

Доработав до конца смены, закрываю кассу и навожу порядок. Приняв душ и переодевшись, подхожу к машине Царёва, мечтая быстрее попасть домой и укутаться в одеяло.

АРИНА

Когда мы отъехали от кофейни, в машине повисла давящая тишина. Матвей в расслабленной позе крутит руль. От него исходит волнами уверенность в своих действиях. Тайком смотрю на его профиль, мне безумно нравится, как у него отчётливо выделены скулы. Смотрю на губы: помню их вкус, как могут нежно ласкать и как могут ранить, выговаривая омерзительные слова. Я холю и лелею свою обиду на Царёва, надеясь, что мне это поможет больше не вестись на его медовые речи и заботу. Практика показала, что он умеет быть милым, если ему надо. Права Полина и коучи, которых она смотрит: мужики — мудаки! — Ничего не планируешь мне рассказать? — прерывает молчание сводный братец.