Книга Бесстрастный, страница 67 – Алекс Мара

Доменико выглядит спокойным, на его губах полуулыбка, как будто он уверен в реакции новоиспеченного тестя.

Я должна принять решение, на чьей я стороне.

Отец или Доменико.

Иногда хорошего варианта нет, приходится выбирать между двух зол. Я выбираю Доменико. Не из-за теплых чувств, а ради самосохранения. Если выберу отца, должна буду помочь ему уничтожить Доменико. Обвинить того в похищении, жестокости и прочих грехах. Выдать его секреты, привычки, адреса и планы. Разобравшись с Доменико, отец обратит внимание на меня. Больше не позволит сбежать. Моя репутация будет разрушена, поэтому страшно подумать, как отец поступит со мной и кому отдаст. В том, что распустит кулаки, сомнений нет.

Поэтому я выбираю Доменико. С ним у меня есть шанс выжить.

А остальное… Мечты, надежды. Они так и останутся во мне, даже если не исполнятся до следующей жизни.

В прохладном зале мне жарко, кожу печет. Это внутри сгорают зародившиеся чувства к Доменико. Однако внешне я остаюсь невозмутимой.

Сверкнув улыбкой, обнимаю Доменико за пояс. Он заметно расслабляется. Не иначе как тщательно навел справки об отце и о моей жизни, раз сделал ставку, что я выберу его. Но все-таки не был полностью уверен в моей реакции.

Отец следит за мной взглядом кобры. Видит, что я на стороне Доменико, просчитывает возможные действия и их последствия. Приняв решение, медленно убирает руку с оружия. Поворачивается к сцене и дает знак директору благотворительного общества.

— Продолжайте!

Снова повернувшись к нам, небрежно бросает.

— Опаздывать на собрание такой важности – это дурной тон.

Его голос хриплый, сдавленный, прячущий в себе жажду убийства.

Это не конец конфликта, а передышка. Игра на публику. Отцу пришлось отступить, потому что я встала на сторону Доменико. Отец не захотел признавать перед собравшимися, что я его предала, ведь это стало бы позором и для него тоже. И еще большим позором стало бы признание, что Доменико украл у него дочь.

Именно на это рассчитывал Доменико. Он вложил свою судьбу в мои руки и не просчитался. Мы загнали моего отца в угол. Вместе. Тому пришлось притвориться, что он осведомлен о нашей свадьбе и поддерживает Доменико. Само собой, далеко не все собравшиеся ему поверили. Однако жизнь синдиката основана на лжи, поэтому наша ситуация прекрасно вписывается в окружающий мир.

Мы с Доменико встаем в первый ряд.

Директор благотворительного общества что-то лепечет, его лицо покрывается красными пятнами. Его почти никто не слушает, собравшиеся стараются разглядеть нас. А как же! Первая свадьба жемчужины в этом году. Большое событие и такой же большой скандал, едва ли скрытый под приторными улыбками.

Мы с Доменико не размыкаем объятия, как и положено молодоженам. И вид у меня соответствующий – помада размазана, платье помято, как будто мой новоиспеченный муж не стерпел и зацеловал меня по пути.

В какой-то момент, заигравшись, Доменико целует меня в висок. В ответ я бросаю на него ледяной взгляд.

— Лжец! – говорю одними губами.

— У тебя учился! – отвечает невозмутимо.

Мне нечем крыть.

Бледный от волнения официант приносит шампанское. Мы дружно отказываемся. Меня тошнит, кружится голова. От ужаса, разочарования, от давящей опасности вокруг.

Директор заканчивает речь и спускается со сцены с серебряным подносом в руках. Доменико кладет на него чек, остальные следуют его примеру.