Книга (Не)образцовый айдол Восточной Старшей, страница 12 – Мэри Блум

— Думаешь, я это тебе отдам? — вцепился я в тыквенный бок.

— А думаешь, я буду тебя спрашивать? — сверкнула она глазами и рванула тыкву на себя.

Я же рванул ее в ответ.

— Тебе же ничего из ее содержимого не нужно! Или у тебя трусов дома мало?

— А может, — К улыбнулась самой сучьей из всех своих улыбок, — я тыквы люблю?

— И с каких-это пор?

— До вот с этих самых!

И, заканчивая спор, моя заклятая подруженька от души зарядила каблучком мне по ноге. Ай, зараза!.. Кто им вообще разрешает носить оружие на ногах?.. Руки сами разжались. Вероломная победительница тут же попыталась триумфально урвать тыкву себе, но… не смогла удержать тяжесть всей пошлости Восточной Старшей. Слишком много на себя берешь, детка!

Тыква выскользнула из ее рук, с сочным хрустом шваркнулась о пол и разлетелась оранжевыми осколками, засыпав пространство трусиками, лифчиками, смазками и презиками… Хранилище всех школьных непристойностей распалось на атомы, являя всем собравшимся и всему миру все свои сокровища. Хотя, возможно, всему миру этого видеть бы и не стоило.

На этом моменте видео поставили на паузу…

— Дальше продолжать, или уже и так всем все понятно? — спросил наш директор, остановив на своем ноуте целую череду роликов, утекших в сеть с моего легендарного Хэллоуина.

Без ложной скромности, даже его финал стал легендарным — я до сих пор любовался разбросанным исподним на экране.

— Михаил, — повернулся ко мне директор, — я, конечно, не критикую креативность, но это… как бы… был немножко перебор…

Да это пипец какой был перебор! Катерина, присутствовавшая здесь же, рядом, вместе со мной, хмыкнула. Вот, даже она так думает.

— И чтобы такого больше не повторялось, Михаил, — продолжил со вздохом директор, явно жалея, что он такой мягкий человек и не может меня как следует наказать, — мы решили, что теперь все мероприятия твоего комитета должны будут предварительно согласовываться с дисциплинарным комитетом. Чтобы не было таких вот… — он взглянул на трусы школьниц на экране и захлопнул крышку ноутбука. — … эксцессов.

— То есть вы хотите сказать, — уточнил я, косясь на сидевшую рядом заразу, — что теперь мне придется тесно общаться с Катериной, верно?

Она закатила глаза.

— А у тебя какие-то проблемы, — снова вздохнул директор (он вообще много вздыхал, когда я переступал порог его кабинета), — с тем, чтобы общаться с Катериной?

— Нет, — уверил я его, — у меня никаких! А у Катерины нет каких-то проблем, чтобы общаться со мной?

Я взглянул на заразу. Зараза в ответ взглянула на меня.

— Если надо, то мне придется, — своим фирменным тоном надменной сучки выдала она.

А что, неплохо для разнообразия. С начала учебного года Катерина предпочитала меня здесь не замечать. Естественно, столько дел! Кошмарить мою школу и наводить в ней свои порядки…

— Вот и отлично, — подытожил я. — Раз ей придется, то у меня никаких вопросов!

— Тогда вы оба свободны! — как-то даже радостно сказал директор, явно уже уставший и от меня, и от нее.

— А мне вот интересно, — бросил я ей, когда мы оба оказались в коридоре, — это я не могу обойтись без тебя, или все-таки ты не можешь обойтись без меня?

— Одного не могу понять, — в тон мне парировала зараза, — почему ты портишь все праздники, за которые берешься?

Заносчивая, властная, несносная, гоняющая всю школу… А я, кстати, говорил, что единственный человек, с которым она не может справиться, — это я?