Книга (Не)образцовый айдол Восточной Старшей, страница 10 – Мэри Блум

— Ай, сука, это наращенные!..

— Ты больная, это натуральное!..

Предмет спора, казалось, уже был забыт. Главное теперь — выяснить, кто победит в этом беспощадном споре.

Совсем скоро вслед за руками, зубами и ногтями в ход пошли и другие подручные средства. Слышали про фестиваль красок холи? Тот, где во все стороны летят цветные брызги. А теперь представьте, что вместо красок холи выпивка. А тут полным-полно бутылок и целая чаша пунша, где при желании можно даже друг друга топить. Во всяком случае по количеству пенного, выплеснутого в милые мордашки соперниц, это уже можно считать пенной вечеринкой…

— А ты что, вмешиваться не будешь? — казалось, даже Тимка протрезвел от такого.

— Не, — обнял я покрепче свою тыковку, единственную, кто тут не сошла с ума, — это было бы неспортивно… Пусть природа сама решит, чем все закончится. Эволюция, все дела…

Однако сегодня эволюции развернуться не дали…

Видели когда-нибудь, как наступает апокалипсис? Всегда внезапно, без малейшего предупреждения. Сначала в одном конце зала резко выдернули шнур, прекращая музыку, и тут же в другом дали по выключателю, врубая свет. И всю беснующуюся толпу мигом накрыло тишиной и ярким светом. И все вокруг, как и полагается вампирам, демонам и прочей хэллоуинской нечисти, недовольно зашипели.

— Эй, что за хрень? Включите музыку! — возмущенно завопили всклокоченные леди.

Ну да, драться — пардон, выяснять, кто тут прекраснейшая — под музыку гораздо веселее.

— Все, вечеринка окончена! Расходитесь по домам! — заорала самая орливая из всадниц этого апокалипсиса.

— Если не хотите получить наказание, расходитесь по домам! — подключилась к ней и другая.

Распаленные дамы, чье увлекательное занятие так бесцеремонно прервали, загудели, готовые наброситься на новые цели, как вдруг…

…в зал вошла она — королева этого апокалипсиса — и одним своим появлением заморозила всех вокруг. Еще миг назад бесновавшиеся девчонки застыли — прямо как были, с пальцами в волосах друг друга, с ногтями, впившимися в соперниц.

— Императрица… Императрица здесь… — взволнованно понеслось по воздуху.

Она же, не обращая никакого внимания, пошла в самую гущу, и толпа, еще недавно кипящая и бурлящая, стала сжиматься и расступаться перед ней, уступая ей дорогу. Туда, вперед, к главному хаусу, к главному центру этого безобразия, к сцене, где сейчас стоял я. Ко мне.

Ну вот, ждал бывшую, а появилась Катерина. Главная виновница того, что девушки у меня больше нет…

Занимательный факт: когда Катерина выбирала, в какую старшую школу пойти, куча наших общих знакомых молились, чтобы она не пошла в их, я же ленился и не молился — возможно, именно поэтому она и пошла в мою.

Это, кстати, еще одна точка, по которой мы не сходились. Она считала эту школу своей.

— Смотрите, кто пришел! — прокричал я в громкоговоритель, если вдруг кто-то еще не заметил. — Дисциплинарный комитет тоже решил повеселиться!

Если я был айдолом в этой школе, то она была… хм. А кем она была? В данный момент тем, кто портил праздник. По одной-единственной причине — потому что этот праздник мой.

— Посмотри, что ты опять устроил, — дойдя до меня, выдала Катерина.

И как всегда без малейшего уважения! Хотя я оказал ей услугу, когда, спрыгнув с тыквой со сцены, лично подошел к ней, чтобы ее королевские ножки ненароком не стоптались о залитый бухлом пол.