Книга Дом колдуна, страница 53 – Мэри Блум

— Я дал тебе ключ к величию! — сердито выговаривал отец. — К тому, чтобы любого поставить на колени! А ты собираешься все это бросить? Из-за какого-то пацана? Да ты в своем уме?!

Он выдохнул, набирая воздух в легкие перед новой тирадой.

— Зато он меня не бросил, — отчеканил я, поймав его вечно холодный взгляд, — как ты!

Миг — и его глаза недобро сверкнули густой, как огромные тучи, чернотой. Словно выбрасывая ее наружу, он вскинул руку и наотмашь ударил меня по лицу. Казалось, у меня из глаз брызнули искры.

— Да как ты смеешь?! Я дал тебе шанс стать великим! Тратил на тебя время! Силы! — удары посыпались друг за другом. — Учил тебя! Планы ради тебя менял! А ты!.. Чем ты мне оплачиваешь? Этим? Этим?..

Выговаривая все это, он лупил меня по рукам, которыми я закрыл лицо, по голове, по плечам — словно пытаясь поглубже вбить каждое слово. Чтобы я получше понял, сколько ему, бедняге, доставил хлопот.

— Все, что ты можешь, только моя заслуга! Ты ничто без меня! Я дал тебе силу! Я могу сделать тебя великим! А ты… Хочешь остаться ничтожеством?

Мне было больно, страшно, обидно. Я искал совета, помощи и хоть немного сочувствия. А не вот этого всего дерьма.

— Сказано отпускать — отпускай! — ударяя, приговаривал отец. — Я не ради какого-то пацана тратил на тебя силы!..

Дверь вдруг резко скрипнула, и в комнату вбежал дядя, явно услышавший крики.

— Ты что?! — выдохнул он. — Ты что, уговариваешь его избавиться от моего сына? Совсем с ума сошел?!

Он дернулся к нам, пытаясь остановить очередной удар. Однако отец резко развернулся.

— Не лезь!..

С его пальцев слетел огромный черный сгусток, и с силой впечатал дядю в стену. Глухой удар. И висевшая рамка с фотографией — вот ирония, меня с отцом — упала на пол. Стекло с треском разлетелось по сторонам, и в комнате повисла звенящая тишина. Отец медленно перевел взгляд с брата, ошарашенно смотрящего на него, на меня с покрасневшими руками и лицом от его хлестких ударов и с шумом выдохнул, словно приходя в себя, словно сообразив, что не справился со своей Темнотой.

— Вы жалкие, — холодно бросил он и, остановив взгляд на мне, добавил: — А ты меня разочаровал! Зря я тратил столько времени на тебя. Ты — жалкое разочарование!..

В полной тишине он направился к распахнутой двери, но у самого порога вдруг обернулся ко мне.

— Захочешь обратно, если приползешь на брюхе — так и быть приму. Но без этой души, — и ушел.

Между обещанной великой силой и лучшим другом я выбрал второго. Я был расстроен и зол, что больше не чувствую Темноту, что она тоже от меня отвернулась. Я всю жизнь хотел быть таким, как отец — и вдруг разом стал как будто обычным. Но чтобы я ни думал, о своем выборе не пожалел ни разу. А отец в тот вечер для меня умер.

“хочешь дом… отпусти ее…” — прошелестело в воздухе, словно возвращая меня в реальность.

— Увы, облом — ничего ты не получишь! — я покрепче перехватил выскальзывающую из пальцев крышку.

“отпусти ее…”

Вот же настырная.

“станешь сильнее…”

Ага, как он — чтобы повеситься потом на собственной люстре, не дожив даже до пятидесяти? Очень логично, если отпускать всех, кто дорог.

Крышка, как назло, тащилась еще медленнее, будто стала еще тяжелее.

“отпусти ее…”

— Вы оба ни черта не понимаете! — я оглядел зрачки, безразлично смотрящие в ответ. — У тебя же тут куча глаз! Почему ты такая слепая? Не видишь, что действительно важно!