Книга Ночь с последствиями, страница 115 – Мэри Блум

— Подумайте сами, — настойчиво уговаривал он, — зачем вам губить свои молодость и красоту в монастыре? А со мной у вас будет настоящая жизнь!..

Аргументы были вескими. Монастырская жизнь была суровой, плохо подходящей для юной цветущей красавицы, а маркиз был так красноречив… В итоге, совсем наивная и неопытная, она согласилась на брак с добрым, обходительным маркизом, считая его чуть ли не своим спасителем и совершенно не подозревая, что ее ждет дальше…

Свадьба была пышной и скорой и проходила в особняке, который после суровой серости монастыря показался будущей маркизе королевским дворцом, а широкие аллеи, засаженные благоухающими цветами и раскидистыми деревьями, — самым прекрасным садом на свете. Редкой девушке в ее положении выпадало счастье жить в таком райском уголке, и она поверила, что ей наконец-то повезло. Иллюзия эта, правда, длилась недолго и развеялась с наступлением первой брачной ночи.

Потеря невинности, которая для девушек ее времени сама по себе была довольно шокирующим событием, для нее обернулась настоящим кошмаром. Маркиз, привыкший долго подготавливать своих воспитанниц, решил, что жена уже и так принадлежит ему по праву, а значит, можно не тратить время и силы на дополнительную подготовку. И к утру маркиза узнала о супружеской жизни больше, чем некоторые женщины узнавали за всю жизнь.

Вечером следующего дня она заперлась в своей спальне. Однако маркиза, который пришел за продолжением, это только позабавило. В воспитательных целях он позвал слуг и приказал вынести дверь. Невозможно описать ужас молодой жены, когда щепки разлетелись в стороны, и в опустевший проем триумфально вошел маркиз. Но и этого ему показалось мало. Решив, что отсутствие двери сделает супругу более покладистой, он одно время обучал ее в хорошо проветриваемом помещении, так что крики и слезы юной хозяйки разносились по всему дому.

— И откуда ты все это знаешь? — недоверчиво спросил Матео, глядя то на истощенного, умирающего старика на могиле, то на горько оплакивающую его жену.

Девушка напоминала настоящего ангела, и каждая черта ее прекрасного лица, казалось, светилась скорбью и тоской. Совсем не похоже, что он над ней издевался, решил Матео. Так страдать можно только из-за потери любимого.

— Маркиз оставил весьма интригующие записи, — ответила Мария, которая, в отличие от него, смотрела на памятник без восхищения. — Обо всех своих уроках. И если вам интересно, то можете прогуляться до библиотеки. Вы же теперь знаете, где она находится…

Слова сопроводил сухой смешок, но на лице Марии не было ничего, кроме непроницаемого спокойствия. Воспоминания о библиотеке оказались такими же болезненными, как и о подвале, и раздосадованный Матео вновь невольно потер спину.

— Хорошо, когда уроки полезны, — продолжила Мария, довольная и его лицом, и его жестом. — Уроки маркиза прекратились только тогда, когда его супруга забеременела. Беременность ее, к несчастью, проходила тяжело, и, желая отвлечься, юная хозяйка начала блуждать по дому и его окрестностям. Она и до этого знала о женском пансионе, но ни что он из себя представляет, ни чему там учат, даже не догадывалась.

Ведомая любопытством, она проникла в пансион и была глубоко потрясена. Воспитанницы спокойно обсуждали такие вещи, о которых ей противно было даже думать, разгуливали почти голышом и с большим удовольствием принимали у себя ее супруга, который навещал свой цветник с завидной для своего возраста регулярностью.