Книга Я думала, я счастливая..., страница 15 – Марина Безрукова

Она легко поднялась с кровати и с усилием подняла ее верхнюю часть. Внутри хранились вещи, не требующие частого использования — летние тонкие одеяла, старые пледы, которые они брали с собой на пикник, искусственная елка, чей звездный час должен был вот-вот настать. А еще чемоданы. Два больших и один маленький. Сдувая со лба челку, Тамара вынула те, что побольше. Потом открыла шкаф и окинула взглядом ровные стопки футболок, ряд отглаженных рубашек, выдвинула ящик с трусами и носками. Складывала всё аккуратно, будто отправляла мужа в командировку или на курорт. Не забыла и о кашемировом свитере и другом, с толстым высоким воротником. Бросила прозрачный пакет с плавками. Отошла в сторону, что-то прикинула и отодвинула ногой второй чемодан. Кажется, и так всё поместилось. Остальное заберет потом. А, еще же обувь. Она поставила табуретку и залезла на верхнюю полку. Там хранились пустые коробки. Упаковала его кроссовки, еще одни теплые ботинки, а сверху положила прозрачные тапочки для бассейна. Застыла и еще минуту разглядывала эту сюрреалистичную картину. Массивные толстой кожи ботинки и легкомысленные резиновые тапки. Ей стало смешно. Она вдруг, и правда, захохотала. Боже, вот так жизнь! Вчера она заботливо давила шиповник для того, чтобы муж был бодр и здоров, а сегодня хлопотливо пакует трусы и тапочки. И всё это для его любовницы! Для Сонечки! Вот, получите, пожалуйста, дорогая Соня! Немножко б/у, но сохранила, как могла. Пользуйтесь на здоровье! Смех утих, а на глазах появились злые слезы.

Выдвинув ручку, Тамара покатила раздувшийся в объеме чемодан в прихожую. Взяв отдельный пакет, побросала туда зубную щетку, бритвенный станок и любимый парфюм Николая. Водрузила сверху, на чемодан. Красноречивее и быть не может! Она надеялась, что у Коли достанет мужества не упираться, а взять свои вещички и отбыть в страну вечной неземной любви. Здесь, по всей видимости, любовь закончилась.

Сама она собиралась уйти из дома на весь день. Давно планировала посетить выставку, а потом побродить по магазинам в центре. Они сейчас волшебно украшены, да и сама атмосфера там царит праздничная. Это поможет отвлечься. Можно зайти в любимую закусочную и заказать себе порцию пельмешек с щукой. От мысли о горке дымящихся пельменей, засосало в желудке. Тамара быстро принялась собираться. Она уже докрашивала ресницы, как вдруг ее осенило: а что если Николай сегодня не придет домой? Нет, это невозможно. Она быстро написала ему сообщение. Телефон тут же зазвонил, но Тома равнодушно отложила его в сторону.

Город встретил ее радостным и нарядным. Тамара сходила на центральную площадь, полюбовалась красавицей-елкой, плотно перекусила, ненадолго заглянула на выставку, она оказалась не такой уж и интересной, прогулялась по магазинам и купила себе нарядное блестящее платье. Возвращалась домой поздно и всё косилась на небольшой пакет с покупкой: для чего ей это платье? Где и с кем она будет встречать Новый год? И вдруг в голове появилось простое решение. Она уедет. Вот прямо сегодня купит билет на ближайшую дату и уедет. Деньги придется взять из тех, что откладывала для Оли. Можно не вдаваясь в подробности рассказать ей о произошедшем, предупредить, чтобы не волновалась и вперед!

В маленьком поселке на берегу моря, на месте старого эллинга, сохранился опрятный домишко. Когда-то в нем жили ее тетка, старшая сестра отца, и ее муж. Детей у них не было, и они каждое лето с радостью ждали в гости Тамарочку. А она уже с середины мая начинала отсчитывать дни, когда сможет сесть в поезд и через два дня спрыгнуть на перрон в объятия тети Клаши. А потом будет три месяца бесконечного счастья! Все самые лучшие воспоминания о детстве были связаны с этими местами. Там она под руководством дяди Валеры научилась плавать, ловить и коптить рыбу и управлять катером. Там на пляже с крупной черно-белой галькой она в четырнадцать лет впервые поцеловалась с местным хулиганом Венькой, а потом целый год они посылали друг другу конверты, где рассказывали о своем житье-бытье. Венькины письма были очень короткими и кишели ошибками, а ее, наоборот, были длинными и обстоятельными. Наверное, Венька их и не читал. Это Тамара поняла уже позже, когда повзрослела. Она улыбнулась. Мужчина, сидевший напротив, посмотрел на нее с недоумением, уж очень странное выражение лица было у этой симпатичной женщины.