Книга Голые души, страница 161 – Любовь Левшинова

Татум затушила истлевший бычок о перила, бросила окурок в прикрепленное на них ведерко, вернулась в лофт. Вертинский встретил ее все тем же внимательным взглядом. Татум понадеялась, что это прелюдия к диалогу.

Взяла у бармена новый бокал мохито, походкой от бедра направилась к компании Криса. Рядом стоящие Иван с Саней расступились, но Дрейк этого не заметила: не прерывала с парнем зрительный контакт.

Остановилась в тридцати сантиметрах от Вертинского, с любопытством наклонила голову вбок. Парень не двигался – лишь смотрел на нее своими кофейными радужками и о чем-то думал. Татум чувствовала тепло его тела, знала, что он ее – тоже. Сделала небольшой глоток, коротко улыбнулась.

— И чего ты смотришь на меня таким влюбленным взглядом весь вечер? – задала она риторический вопрос, снова дернула уголками губ в полуулыбке.

Этот момент давал возможность наладить их болезненно обрубленную связь. Татум пошла навстречу, произнесла первую фразу, поднесла спичку к их стене изо льда. Вертинскому нужно было лишь подпалить ее. Но взгляд парня похолодел в ту же секунду.

— Хотел спросить, помнишь ли ты про спор. – Его губы растянулись в ироничной усмешке, но глаза остались ледяными.

Дрейк поняла, что диалога не будет.

Крис прошел мимо нее, жестко толкнув Тат плечом, направился прямиком на танцпол. Дрейк выдохнула, чувствуя, как сжимается сердце. Крис хотел сделать ей больно, чтобы облегчить собственную боль.

Он выхватил из танца за руку Еву и притянул к себе, проделывая с ней все то, что Дрейк хотела сделать с ним часом ранее. Сжал девчонку в тисках объятий, с жаром принялся целовать пухлые губы, не закрывая глаз.

Татум стояла и смотрела на представление под тихий одобрительный гул парней позади. Хмыкнула и вернулась к бару.

В игры играть не хотелось, но и проигрывать тоже. Крис не имел права злиться на нее за ее прошлое. Как бы больно ему ни было – это было не его чертово дело. Он сделал из нее чудовище всего парой слов и думал, что прав.

Тат обернулась. Ева вряд ли понимала, что происходит, а если и понимала, Дрейк ее не винила: знала, что девчонке давно нравился Крис. Как средство насолить бывшему, Юре, который сейчас хмуро пялился на парочку из другого конца зала, или искренне – неважно.

Похоже, Татум действительно повзрослела. Честно ни на кого не держала зла. Только зря радоваться ему тоже не позволит.

Бокал остался на стойке, на губах играла победная улыбка. Татум распрямила плечи и уверенной походкой снова подошла к компании Криса, где Еве рядом рьяно подливали в стакан абсента. Дрейк посмотрела Крису в глаза и без стеснения приобняла Еву за талию.

Маричева, почувствовав себя в безопасности рядом с близким человеком, расслабилась, положила голову Дрейк на плечо. Крис напрягся, а Татум уткнулась губами Еве в висок и, не прерывая зрительного контакта с парнем, прошептала девчонке на ухо:

— Поехали ко мне? Здесь становится скучно.

Ева пьяно кивнула, обнимая Дрейк второй рукой.

— Да, давай, – согласилась она и потянула Тат за собой к выходу.

Дрейк прищурилась, победно улыбнулась и послала напряженному Крису воздушный поцелуй.

Кивнула парню и пожала плечами, мол, сам понимаешь, она выбрала меня. Она отплатила Вертинскому его же монетой, поставив точку на сегодняшнем вечере.