Книга Искатель, 2008 № 11, страница 40 – Журнал «Искатель», Андрей Гальцев, Максим Чупров, и др.

Если бы можно было силою волшебства или молитвы перенестись в прошлое, чтобы избежать этого настоящего! Перенестись хотя бы на три дня назад! А лучше — на месяц, когда еще не было решения убить Жору. А еще лучше — на полгода, чтобы со Светкой не знакомиться. Нет, еще лучше — на десять лет, чтобы в бизнес не влезать. Или сразу провалиться в прошлое лет на двадцать пять, чтобы снова бегать по шахтерскому поселку с большой рогаткой и дразнить через забор злую старуху в черном переднике. Нет, лучше было вернуться к моменту еще более раннему. А впрочем — до всех моментов.

Он долго крался вниз. Какой-нибудь скалолаз за это время успел бы спуститься по внешней поверхности здания. Высота — это пропасть. Ему даже по лестнице было страшно спускаться; ноги плохо слушались. Как только пришло облегчающее осознание того факта, что страшная задача выполнена, он тут же вспомнил о сотовом телефоне убитой: вдруг телефон остался в ее кармане? Или все же телефон в сумочке?

Да, мобильник нашелся в сумочке. Не смог бы Эдик проверять ее карманы: для этого ему пришлось бы посмотреть на то, что он сделал из человека.

Продолжение страшной ночи

Затем он подъехал к Ваганьковскому кладбищу. Сейчас он доверял только тем районам, с которыми был хорошо знаком. Если от заправки пройти вдоль восточной ограды к рельсам белорусской железной дороги — попадешь в глубокую тень. Зайдя в некий мертвый уголок, он выкинул сим-карту из Юлиной трубки, а трубку разбил камнем и осколки рассеял. Сумочку разрезал перочинным ножом на куски и закопал около ограды в зарослях крапивы и бузины.

Затем спешно поехал на Ленинградское шоссе к девочкам. Он проезжал возле ипподрома, когда зазвонил его телефон. Господи, третий час ночи!

Эдик, запутавшись в проблемах телефонной связи, решил вести себя как обычно, якобы ему нечего бояться, и поэтому он не отключил связь. На экране высветился номер следователя. Из трубки раздался страшный, вещий голос Олега Замкова.

— Слышу по вашему бодрому тембру, что я вас не разбудил. Тем лучше. Где вы находитесь, Эдуард Борисович?

— Согласно вашему поручению, объезжаю район, где стоят платные девушки. Ищу ту самую, с которой провел незапамятный вечер в кафе. Вы же меня просили.

— Так вы на Ленинградском шоссе?

— Да.

— Пожалуйста, остановитесь у любого патрульного милиционера и попросите от моего имени отметить номер вашей машины. Мне понадобится подтверждение вашего присутствия там.

— Я не могу этого сделать.

— Почему?

— Яс алкогольным запахом. Нервы, знаете ли, на работе проблемы.

— А вы передайте постовому трубку, я все улажу.

У Эдика закипело на сердце, хотя он тут же сообразил, что звонок будет и не так уж вреден ему. Для правдивости картины он выразил сыщику свое возмущение.

— Да что ж вы за неотвязный человек?! Что вы ко мне пристали?! Может, мне вашу работу за вас делать и самого себя отслеживать и вам доносить?

— Если б я вам доверял, это было бы здорово, только я вам не доверяю. Поэтому буду ждать, когда вы мне позвоните от постового или с поста.

Эдик шкурой чувствовал правоту поговорки: коготок увяз — всей птичке пропасть. Почему сыщик позвонил среди ночи: наобум или... слежка? Но ведь не было никого! А может, где-то в салоне жучок?

На Ленинградском проспекте возле метро «Аэропорт» он заметил припаркованную машину ГАИ. Сотрудники дремали, он постучал в окно.