Книга Туда, где растет амарант, страница 6 – Кейт Андерсенн

— Кончилась его сказка! - мама Карла дала папе Мигелю ненастоящий подзатыльник и нахмурилась еще сильнее. Потому что она собиралась смеяться. - Прими к сведению, Мигель, она только начинается! И, кстати, - мама Карла выглянула в окно, там вдалеке прыгали огоньки факелов, - к нам едут новые постояльцы. Будь так добр, не рассказывай небылиц за стойкой.

Папа Мигель шуточно отдал честь, отставил стакан, послал маме воздушный поцелуй и неуверенно зашагал к дверям. Кажется, он делался сильнее.

— А вы, сеньорита, прочитайте молитву и отправляйтесь в постель! - это уже относилось к Кристине.

Ночью ей приснился край, где растет амарант. Амарант -- это были такие большие блестящие розовые камни, которые вырастали на берегу океана. Их специальным колдовством стирали в муку, из которой прямо на камнях пекли сладкие лепешки. Если разломить лепешку, из нее выскальзывала на небо радуга. Только пахли радуги не корицей, а переспелыми помидорами. Папа откусил от лепешки первым и сломал себе зуб.

Утром Кристина сбежала по лестнице вниз, даже не переодеваясь, все в той же своей белой длинной сорочке. У нее был жизненно важный вопрос, с которым ждать было просто непозволительно. Что-то с амарантом было не так.

Папа Мигель уже стоял у стойки, бледный, бодрый и серьезный. Он разливал по стаканам херес для незнакомцев, что сидели за столиком и приглушенно о чем-то говорили. Вид у них был заговорщицкий. Наверное, вчерашние постояльцы.

— Папа! - позвала Кристина, подлетая к отцу, спотыкаясь и врезаясь в его ноги.

Папа Мигель вздрогнул и пролил херес мимо.

— Кри! Разве можно так пугать?

— Я громко топала ногами... - возразила Кристина в свое оправдание. - Но, папа, скажи... - она настойчиво дернула его за рубаху, - амарант -- это что такое?

— Амарант? - поднял брови папа Мигель. А потом хмуро сдвинул их: - Какой амарант?

— Что значит -- какой? "Край, где растет амарант", ты же вчера рассказывал... Помнишь? Там много радуг, никто не покупает счастье, едят орешки и корицу... Но амарант не может быть камнем, ты сломал зуб о него...

Папа Мигель закашлял.

— Кристина, это была сказка. Только сказка.

— Но...

— Прости меня, дочка... - папа Мигель оставил бутылку на стойку и присел на корточки. Его черные глаза посмотрели прямо на Кристину. - Вчера я... мне стыдно за себя вчерашнего. Наверное, я тебя крепко напугал. Но ты мне очень помогла, - и он улыбнулся широко-широко, а потом поцеловал дочку в щеку. - Я снова сильный. И ты у меня сильная.

Щеки Кристины покраснели -- она любила, когда папа ее хвалил, потому что он всегда хвалил за дело, а не каждый день, как мама Карла.

— Хозяин! - позвали незнакомцы из-за стола. - Сколько можно с ребенком нянькаться! Давай нашу выпивку!

Папа Мигель резко встал. Глаза его грозно сверкнули на миг, а потом лукаво заблестели.

— Сеньоры, не беспокойтесь, мой ребенок вырастет скорее, чем остынет ваш херес, - и шепнул Кристине: - Беги, оденься -- жители "Горизонта" всегда должны выглядеть достойно. Мама Карла уже потеряла тебя, наверное...

— Но амарант..!

— Просто красивое слово. Забудь... - Папа Мигель был неумолим. - Ну?.. А я обслужу этих грубиянов.

— Не давай им смеяться над тобой! - погрозила Кристина пальчиком.

— Да чтобы я?.. Никогда! - папа Мигель подмигнул, осенил себя их тайным знаком крест-накрест и составил стаканы на поднос. - Ваш херес уже в пути, сеньоры!