Книга Колдовство — не грех, а средство выживания, страница 17 – Алия Балгереева

Наконец, я разлила готовое снадобье по пузырькам, вышла, плотно закрыв за собой дверь, протянула один пузырек посетителю, а остальные расставила по полкам.

— Возьмите плату, — на протянутой ладони лежало три медяка.

Судя по тому, как их вытряхивали из мешочка, последние.

— Оставьте, это подарок от заведения, — я отвернулась к полкам.

За спиной раздался стук монет, брошенных на стойку. Пришлось резко обернуться, ловко схватить мужчину за крепкое запястье, вложить деньги в ладонь и мягко согнуть холодные пальцы.

— Я же сказала, что не стоит.

Мужчина, не меняя выражения лица, высвободил руку и вышел.

Я, испытывая странное облегчение, задумчиво глядела сквозь оконное стекло вслед удаляющейся фигуре. Отчего-то присутствие этого человека меня напрягало.

Мужчина шел так, словно скользил, да и в лавке я почти не слышала его шагов, но между тем было видно, что он с трудом переставляет ноги. Этот явно не из обычных людей. Скорее всего, маг. Или кто-то иной расы. Без разницы, все равно спокойно ему здесь не жить. Хотя трогать такого я бы не решилась.

Словно в ответ на мои мысли, по улице появилась фигура в черной мантии с вышитым на ней белым мечом и поплыла вслед за незнакомцем. Браслет на запястье сжался. Я выскользнула на улицу.

— Господин Шайен, — выпалила я, — уже темнеет, не проводите ли меня?

— Извините, госпожа Элис, служба, — с сожалением ответил парень.

Ого, дело-то и впрямь серьезное, если даже этот тип не отлынивает от работы.

— Понимаю, — покивала я, — служебный долг. Нашли что-нибудь?

Ловец развел руками и посоветовал мне зайти в помещение, а то совсем околею. Я последовала его совету, пожелав успехов в поисках. Высокая широкоплечая фигура к тому времени уже исчезла за поворотом. А я только теперь почувствовала пронизывающий холод. Ух! И лавку, небось, выстудила.

Дождавшись возвращения лекаря, я оделась и отправилась в корчму, морально готовясь к взбучке за опоздание. Но зал был полон посетителей, и хозяин заведения решил, что отчитать меня можно и после, а сейчас надо собирать денежку. Я привычно повязала на шею голубой, в цвет глаз, шарф из газовой ткани, добавляя яркости своему образу и отправилась покорять сердца людей.

Гул, как обычно, затих, и я почувствовала, как на мне скрестилось множество взглядов. Полилась песня, за ней другая. Я внимательно следила за посетителями, улавливая малейшие изменения в чужом настроении, и в зависимости от этого то повышая, то понижая голос.

Звякнул колокольчик, в корчму вошел новый посетитель. Я обратила на него свой взор и с трудом дотянула ноту до конца. Хотя какое мне, в конце концов, дело до этого мужчины? Хочет попасться, да и ладно. Только обидно, что зря торчала из-за него на морозе и с Шайеном разговаривала.

Я продолжила петь, стараясь не коситься на нового посетителя корчмы, но, тем не менее, постоянно ощущала кожей его присутствие. Слова лились потоком, цепляя людей, заставляя их тонуть в моей песне, слова трогали чужие души, задевая в них невидимые струны. Вот мой голос зазвенел и оборвался на последней ноте. Звенящая тишина через пару мгновений заполнилась звуками аплодисментов и гомоном голосов.

Я встретилась вглядом с оранжевыми глазами, но быстро опустила ресницы, раскланялась, спрыгнула со стойки и метнулась на кухню. Взяла с собой узелок с остатками еды, прихватила метлу и выскользнула наружу. Браслет предупреждал о приближении Ловца, а мне с ним сталкиваться не хотелось.