Книга Огонь и Лед, страница 37 – Анна Синнер

— Слышал, что Вы никогда не бывали в Авалькине. Эльфийские земли богаты на красоты, от которых захватывает дух.

— У Вас что, на столе лежит мое досье?

— Лежит. Я предпочитаю знать, с кем имею дело, – Р’гар вернул свою ладонь туда, где она весьма комфортно лежала по дороге во дворец, и увлек ее за собой в неприметный коридорчик, вход в который прикрывало роскошное дерево в огромной кадке, усеянное белоснежными бутонами.

Скинуть его руку, вопреки здравому смыслу, не хотелось. Не было в этом жесте власти, принуждения… Что-то интимное, но естественное.

— Но я-то не знаю. Сплетни, слухи, обрывки очерков из газет… У меня нет в распоряжении неуловимых агентов, которые составили бы Ваш «портрет».

— Так спросите, леди Санката. Для Вас я – открытая книга.

Даэр’аэ толкнул очередную массивную дверь в конце коридора, и они вышли в сад, припорошенный снежком, где от ужаса она оцепенела и совершенно неприличным образом вцепилась в легкий полушубок, который король Сильвенара даже застегнуть не потрудился в такой-то мороз.

— Грифоны?

На полянке у объемного куста нетерпеливо переминались с лапы на лапу два смертоносных хищника из мрака. Тело льва, роскошная грива, орлиный клюв… Пестрые крылья. И все это великолепие размером с лошадь.

— Не бойтесь, Амалерия. Эти грифоны родились и выросли в неволе, – Р’гар вдруг взял ее руку и поднес к губам, запечатлев у нее на запястье мимолетный, но такой обжигающий поцелуй, а потом, пока она пыталась собраться с чувствами, в доказательство своих слов потрепал одну из тварей по спине. – Клянусь, они и мухи не обидят. С ними регулярно занимаются наездники.

— Допустим. И что мы будем с ними делать?

Амалерия нашла в себе капельку мужества. Подошла к той птичке, или кошке, с какой стороны посмотреть, что была поменьше и погладила на удивление шелковистую шерстку. Рвать ее на части, кажется, никто не собирался.

— Мы на них поедем. Как на лошади. Поверьте, это очень удобно, – Р’гар устроился верхом на зверушке и жестом пригласил ее последовать его примеру. – Они не пугаются громких звуков и выбросов магии. К тому же у них есть крылья. А это удобно вдвойне.

Эсгары были превосходными наездниками, и лошадей они любили. На грифоне же кататься ей не приходилось, но Амалерия все-таки уселась в аккуратное седло, обтянутое белоснежной кожей:

— Он меня не сбросит, если ему приспичит взлететь?

— Не сбросит. В этом я уверен. Но если Вам страшно, можем с Вами поужинать в ресторации. Столики для нас заказаны и здесь, и в Авалькине. На Ваш вкус. Либо же во дворце. Мой повар наготове. Сделает Ваш любимый салат с грецким орехом, пожарит рыбу на огне.

Король Сильвенара подготовился к свиданию? Узнал, что она любит есть? Да и в целом… Поступил не так, как обычно поступают мужчины. Дал ей выбор. Впервые в жизни Амалерия ощутила себя настоящей принцессой:

— Думаю, я справлюсь. Вы же хотели показать мне нечто особенное.

— Раз так, держитесь за седло и ничего не бойтесь. Обещаю, Вам понравится, – Даэр’аэ открыл перед ними портал, и грифоны сразу двинулись в путь, повинуясь какому-то немому приказу.

Скорее всего, он заранее разработал маршрут их прогулки и попросил магов-менталистов вложить его в голову зверушкам.

Она не привыкла к заботе. К вниманию. Иллай опекал ее, как мог, по-своему, но большую часть его времени занимала Бьянка. Он банально не успевал отмечать, что Амалерию радует, а что ее печалит. Зато Его Ледяное Величество обладал поистине потрясающей чуткостью. И почему его все называли тираном и деспотом?