Книга Академическая станция Пульсар. Испытание Плеяд, страница 97 – Анна Кейв

Таллула дрожащим голосом произносит:

— Это все атмосфера. Долгое пребывание на Эйфории ослабляет критическое мышление.

Яичница добавляет:

— В настоящее время нанороботы запрограммированы на выполнение приоритетной задачи по обслуживанию гостей планеты. Однако это не исключает их немедленного реагирования на сигнал тревоги.

Лэм находит в себе силы, чтобы подняться. Окрепшим голосом он командует:

— Уходим к шаттлу.

Мы без помех покидаем центр. Гравитация Эйфории чуть ниже земной, и шаги получаются длинными, немного скачущими.

Лэм, хоть и держится на ногах, движется механически, словно на автопилоте. В глазах у него все еще отражается боль от увиденного.

Как только мы приближаемся к шаттлу, реклама на баннерах пропадает. Теперь по ним бежит красный сигнал тревоги. Динамики оглушают: «Нарушение протокола безопасности. Тревога. Вылет с планеты запрещен».

— Так мы и послушались, — язвит Акоста.

Мы занимаем места в шаттле и в следующую минуту уже отрываемся от поверхности Эйфории. Через иллюминатор вижу, как к нам приближаются нанороботы и служба безопасности. Но мы уже достаточно высоко.

Прорвавшись через слои атмосферы, шаттл вылетает в космос. Акоста проверяет, нет ли за нами хвоста. На удивление, все чисто. И это подозрительно. Нас не могли вот так просто отпустить.

— Ну, Лэм, не хочешь что-нибудь рассказать? — напряженно спрашивает Акоста. Таллула подается вперед, поддакивая:

— Да, Лэм. Что это было?

Он разворачивает кресло к нам лицом и болезненно морщится. Обведя всех нас взглядом, он пускается в рассказ — тот же, что поведал мне альтернативный Лэм в оружейной на пиратском корабле.

Когда он заканчивает, Таллула с возмущением смотрит на меня:

— Ты все знала! И молчала!

Пожимаю плечами:

— Это не моя тайна.

Акоста потирает переносицу.

— Выходит, что Сабатела Алони причастна к преступлению Конклава против Земли? В таком случае у нас большие проблемы. Если она узнает, — а она узнает, — то всех нас ликвидируют.

У Таллулы расширяются глаза.

— Но тогда мы не можем вернуться на Пульсар. Нас же сразу схватят.

— Поддерживаю, — киваю я. — Что будем делать?

— Полетим на Проксима Центавру b, — предлагает Таллула.

— Ты хочешь впутать в это свою семью? — уточняю я.

— Вайсы не последние люди в Галактике.

Лэм возражает:

— И что они сделают? Заплатят, чтобы нас оставили в покое? Мы владеем информацией, которая может погубить Конклав и Пульсар. Они не пойдут на сделку, поверив, что мы будем просто молчать. Нас уничтожат, Таллула. Поэтому мы должны сделать это первыми.

Она растерянно замирает, приложив ладони ко рту.

Акоста разворачивается к панели управления:

— Как бы то ни было, нам нужно изменить курс. Я верно понимаю, что на Пульсар мы не летим?

Лэм подтверждает:

— Верно. Нужно связаться со Звездным Альянсом и запросить аудиенцию. — Он взвешивает в ладони портативный носитель: — Теперь у меня есть доказательства против Конклава.

Акоста хмурится:

— Вот черт…

Таллула взволнованно подскакивает на месте:

— Что такое? Погоня? Пираты? В нас сейчас врежется астероид? Что еще нам угрожает?!

Лэм отвечает за нее:

— Шаттл не реагирует на изменение координат. Автопилот несет к станции.

Акоста цедит сквозь зубы:

— Они уже знают.

— Но как это возможно? — не понимаю я. — Они что, имеют дистанционный доступ к системе управления?