Книга #совершеннолетние, страница 26 – Анна Кейв

Илона поморщилась:

— Да ладно вам, все же обошлось. Я пыталась быть вежливой, но когда по их рожам стало понятно, для чего они нас тормознули, то начала закипать. Давайте лучше поговорим о чем-нибудь хорошем. Например, об универе.

У Риги от удивления вздернулись домиком лохматые брови:

— С каких пор учеба для тебя – хорошая тема для разговора?

— Да причем тут учеба? Универ – это вообще не про учебу.

Мира нахмурилась:

— Хочешь стать активисткой и принимать участие в студенческой деятельности? Волонтерство, патриотизм и все такое?

Илона закатила глаза.

— Мисс факультета ни о чем не говорит? Или Мисс университета? Посвящение? Стендап? Открытый микрофон? Столько всяких движух, а одна талдычит про учебу, вторая про волонтерство. Мы уже не малолетки, над которыми нависают родители и просят исправить оценку в четверти.

Мира откинулась обратно. Ее мало интересовала вся эта деятельность. Все равно она никогда не примет в подобном участия. В школе она старалась отсиживаться и прятаться за другими, чтобы классной не взбрело в голову втянуть ее участвовать в каком-нибудь концерте или сценке. Когда ей это не удавалось, она начинала прикрываться подготовкой к многочисленными олимпиадам и конкурсам по разным предметам, а если и это не помогало, давила на жалость, припоминая операцию на сердце. Мол, может разволноваться на сцене и упасть в обморок. Классная велась каждый раз.

Рига же не любила всю эту заварушку по другой причине – она просто не понимала, какую выгоду можно извлечь из борьбы за диадему Мисс университета. Вкладываться в учебу было разумным решением – за высокие баллы (ровно – хорошие оценки) ей будут платить стипендию.

Повышенную стипендию можно получить за успехи не только в учебе, но и за победу в учебных соревнованиях или за научную деятельность. Конечно, где-то там внизу Положения о материальной поддержке были и критерии за культурные и творческие достижения, но базовым оставался именно пункт о высоких показателях в учебе.

Рига узнала все о различных видах стипендии и возможностях ее получать. Девушка надеялась, что у нее получится дополнительно оформить еще и социальную стипендию, но она не могла ручаться, что ее заявление одобрят.

Из всей троицы только Илона горела желанием стать звездой университета. Ну или хотя бы факультета. На крайний случай – группы. Поступление в новое учебное заведение, где тебя никто не знает было отличным шансом начать все с начала. Девушке верила, что уж в универе-то никто не станет насмехаться над ее ростом и носом, ведь высшее учебное заведение – совсем иной уровень. Она свято верила, что все умственно отсталые долбоюноши и долботелки поступят в шараги, оставив двери университета открытыми исключительно для благородной и порядочной молодежи.

А еще Илона была уверена – на парах и научных конференциях парня не найти. Сцена и закулисье – вот те места, где ей нужно расставлять капканы обаяния и закидывать удочки обольстительности.

— Что-то вы неразговорчивые, – проворчала Илона, не дождавшись реакции на свою пламенную речь. – Мир, там у тебя в ногах где-то сумка-холодильник. Достань мне красный энергетик, пожалуйста.

Подруга, кивнув, наклонилась и слева от себя почти под сидениями обнаружила синюю сумку. Открыв ее, перед глазами предстали стройны ряды алюминиевых банок. Пока девушка выуживала одну за одной в поисках любимого Илоной гранатового энергетика, она поняла, что кроме стимулирующих напитков в холодильнике ничего не было.