Книга #совершеннолетние, страница 27 – Анна Кейв

Мира протянула черную банку с красными разводами:

— А ты не брала что-нибудь не энергетическое? Воду? Минералку? Хотя бы сок или газировку?

Рига приняла у подруги банку, открыла ее и протянула Илоне – той явно было бы неудобно тянуть за колечко, держась за руль и следя за дорогой. Тем более сейчас, когда она обгоняли фуры, выезжая на встречку.

— Извини, не подумала, – ответила Илона после глотка прохладного газированного напитка. – Я же буду столько часов за рулем, мне просто необходим заряд бодрости. На ближайшей заправке можем купить воды или чай в бутылках.

Мира согласно кивнула несмотря на то, что этот жест не был виден подругам, сидящим впереди. В этот момент ни Рига, ни Илона даже не смотрели в зеркало заднего вида. У Миры эта привычка была с детства. Даже когда мама из другой комнаты кричала ей, что-то спрашивая, девочка могла согласно кивнуть или отрицательно мотнуть головой. Родителям часто приходилось заходить в комнату и переспрашивать, чтобы если не услышать, то хотя бы увидеть реакцию дочери.

— Это нас тормозит ДПС? – опасливо спросила Рига, завидев мужчину, что-то показывающего полосатым жезлом.

Илона стиснула зубы:

— Ага, нас.

Девушка притормозила у обочины. Ее маневры на встречной полосе явно остались незамеченными, из-за этого остановить не могли. Опять, что ли, приняли за малолетку за рулем мамкиной машины?

Илона опустила стекло еще до того, как сотрудник дорожно-патрульной службы подошел к ней. Мужчина осмотрел юную автоледи и ее пассажирок тем же недоверчивым взглядом, жаждущим штрафа, что и его предыдущие коллеги.

Илона наклонилась, чтобы достать из бардачка документы. Она пихнула под нос мужчине в форме сразу три паспорта и права, процедив сквозь зубы:

— Мне есть восемнадцать, подругам есть восемнадцать, вот паспорта, права, документы на машину, аптечка и огнетушитель в багажнике, трупы не везем.

Мужчина от неожиданности не знал, за что взяться первым – проверить паспорта или права. Мира наклонилась вперед и высунулась так, чтобы ее было видно. Девушка улыбнулась одновременно робко и дружелюбно, всем своим видом извиняясь за подругу:

— Вы уже не первый, кто ее останавливает из-за сравнения с малолеткой.

Сотрудник дорожно-патрульной службы, кашлянув, вернул девушке документы, мельком взглянув на них:

— Извините, служба такая. Легкой дороги, девушки.

Илона благодарно улыбнулась. Ой как ей пригодится это пожелание, чтобы осуществить задуманное.

Березы сменялись кустами, кусты – полями, а те в свою очередь новыми березами. Вид, мелькавший за окном, был таким однообразным, что уже через три часа в дороге девушки начинали радоваться, когда проезжали мимо заправки или какой-нибудь деревушки.

— Это что, подсолнечное поле? – Мира оживилась и припала к окну. За ним простирались сотни подсолнухов. Было заметно, что они распустились недавно и еще только набирали цвет, но все равно были до умиления красивыми.

— Можем остановиться, – предложила Илона и, не дожидаясь ответа, начала сбрасывать скорость. Они с Ригой не питали особых чувств к цветам, но знали о любви Миры к ним. Не спроста у большинства ее платьев именно цветочный принт.

Девушки вышли из машины и с радостью потянулись, разминая конечности. Машина, несомненно, комфортабельная, но за несколько часов в пути начинали отваливаться и спина, и жопа, а у долговязой Риги еще и ноги немели.