Книга Закусочная «Тыквенный фонарь», страница 11 – Анна Кейв

Французский же ей так и не дался.

На кухне – рядом с Николь и Вильямом – Аманду отпустил тяготящий ее страх одиночества, но спустя несколько часов, когда последний гость ушел из закусочной аж полтора часа назад, это неприятное холодное чувство снова начало образовывать пустоту в ее душе. По необъяснимой причине именно в дни, когда Лостшир оказывая в эпицентре какого-нибудь циклона, как заявляли по телевизору в прогнозе погоды, этот страх становился в сто крат сильнее и буквально сковывал Аманду.

— Пора закрываться, сегодня уже никто не придет, – бабушка поднялась из-за стола, за которым они вчетвером играли в скрэббл. Вильям в него всегда проигрывал, но тем не менее это была его любимая настольная игра, которая когда-то – по подсказке Аманды – очень помогла ему в подтягивании английского.

— Джереми обычно заезжает по вечерам за перекусом для Дженнифер, – напомнила Аманда. Ей отчаянно не хотелось закрывать закусочную так рано – еще даже семи не было.

Бабушка мягко покачала головой:

— Он не приедет. Не сегодня. На дорогах небезопасно. Не только Джереми, но и Дженнифер это понимает.

Аманда повернула голову к большому окну одновременно с Николь и Вильямом. Клубящийся туман – густой, как печной дым, – медленно полз по улице, скрывая уличные фонари и превращая знакомые пейзажи в призрачные силуэты. Сильный ветер, завывая, врезался в стекла, словно пытаясь вырвать их из рам. Деревья прогибались под ним, будто соломинки. Темное небо, затянутое низкими облаками, предвещало настоящую бурю; его цвет напоминал уголь, а редкие проблески молний лишь усиливали напряжение. Каждое дуновение ветра приносило с собой щемящее ощущение, будто сама природа закутывала Лостшир в плотный шарф тревоги.

Аманда прижалась лбом к холодному стеклу, вглядываясь в серую пустоту за окном. Внезапно в ней пробудился острый страх. Проводя вечера в закусочной, она всегда ощущала себя частью чего-то большего. А сейчас, когда ветер свистел за окном, и туман подбирался все ближе, ей стало казаться, что они остались последними островками тепла в бушующем море непогоды.

— Наверное, ты права, – тихо произнесла Аманда, обрывая молчание, в то время как бабушка потянулась за связкой ключей у кассы. – Закроемся пораньше.

Николь и Вильям, словно подхватив ее настроение, взглянули в окно с растущим беспокойством.

— Позвоните своим родителям, предупредите, что останетесь на ночь у нас, – кивнула им бабушка. – Я вас в такую погоду никуда не отпущу. Вильям, тебе подойдет твоя старая комната?

— Да, спасибо, – отозвался он.

— Николь… – начала бабушка, но Аманда ее перебила:

— Николь может переночевать у меня. Устроим девичник.

Она повернулась к Николь, умоляя взглядом, чтобы та поддержала ее. И Николь улыбнулась, разделяя ее идею:

— Да, я останусь у Аманды. Не стоит готовить для меня отдельную комнату.

Бабушка закрыла дверь и, дернув ручку, как всегда проверила, что та точно заперта. Она со смешком предупредила:

— Только смотрите, как бы на ваш девичник не пожаловал кто-то лишний.

Николь и Вильям тут же густо покраснели.

— Спокойной ночи, – бабушка обняла Аманду чуть крепче, чем обычно.

— Спокойной ночи, – ответила она. – Иди спать, мы сами со всем разберемся. Отдыхай.

Она проводила взглядом бабушку, поднимающуюся по лестнице тяжелой усталой походкой. Тогда Аманда еще не знала, что видела бабушку последний раз.