Книга Закусочная «Тыквенный фонарь», страница 10 – Анна Кейв

— Пожалуйста, называйте меня Вильям, а не Уильям. В Норвегии мое имя произносится как Вильям.

Она тепло улыбнулась ему и погладила по плечу:

— Конечно, дорогой, конечно. Свои корни нельзя забывать, ты молодец.

Нордены были не просто соседями на месяц, они стали частью жизни Лидии и Аманды Фелтрам, частью их семьи. Каждый вечер они собирались за общим столом, делились историями и смеялись, а Норденам, наконец, стало чуть легче.

И вот сейчас Вильям снова вернулся в «Тыквенный фонарь», когда закусочной понадобились дополнительные руки. Бабушка почувствовала, что все это было не случайно. Нордены стали не только частью их с Амандой жизни, но и напомнили ей о том, как важно быть рядом в трудные времена. В тот момент, когда бабушка приняла решение помочь, что-то внутри нее переменилось: она поняла, что дом Фелтрамов всегда будет открыт для тех, кто в нем нуждается, даже если придется поступиться своими принципами и впустить в комнаты второго этажа чужаков.

— Я подменю тебя в зале, – положила руку на плечо Аманды бабушка. – А ты иди с ребятами на кухню. Сейчас там нужны все силы.

Стянув с себя свитер, Аманда послушно последовала за Николь и Вильямом. Та уже успела переодеться в сарафан поверх футболки и повязать фартук. В закусочной не было униформы, поэтому Николь выбрала ее для себя сама, меняя сарафаны по настроению. Она принялась учить Вильяма выпекать сдобные тыквенные спиральки в корице, постоянно хохоча над тем, что у него получались какие-то пружины.

— Нам нужно ввести в меню фирменные норвежские пружинки от Вильяма Нордена, – прокомментировала она первую партию, вытащенную из духового шкафа.

Аманда хихикнула, увидев идеально закрученные пружины. Они были безупречными, но от спиралек ой как далеки.

— Мне кажется, я уже узнаю, кто займется партией пряничных домиков к Рождеству, – вставила она.

Николь подхватила:

— Точно! У нас с Амандой столько времени уходит, чтобы собрать хотя бы один, и он все равно выходит похожим на разваливающуюся хижину.

У Вильяма проступил смущенный румянец на бледных норвежских скулах:

— Есть свои плюсы в учебе на гражданское строительство.

Нарезая овощи на рагу, которое пользовалось популярностью в обеденное время, Аманда исподтишка наблюдала за Николь и Вильямом. Несмотря на то, какие они были разные, эти двое подходили друг к другу, как ключ к замку. Вильям наверняка смог найти такой ключик к сердцу Николь. У той никогда не было отбоя от поклонников, но свой выбор она остановила именно на Вильяме, которого в школе считали немного странным. Не столько из-за акцента, сколько из-за заторможенной речи и того, что его определили в один класс с Николь, когда он был на год старше. Многие шептались, что у него задержка в развитии, но так вышло лишь из-за его уровня английского.

Николь как никто другой понимала Вильяма и прониклась к нему в первые же недели его появления в школе. И не только из-за того, что, как и Вильям, когда-то переехала в Англию из другой страны. Самой Николь, которая ни слова не произнесла до пяти лет, ставили уйму диагнозов в детстве, но никакое лечение не заставило ее заговорить. Тогда один врач посоветовал ее родителям отпустить ситуацию и отправиться в отпуск. Так, Дюпре объездили родную Францию, а затем отправились в тур по Европе. И неожиданно для всех в этом путешествии пятилетняя Николь заговорила на чистом английском. Через несколько месяцев после этого семейство осело в Лостшире, в котором никому и в голову не пришло назвать разговорчивую Николь отсталой в развитии.