Книга Усадьба госпожи Ленбрау, страница 174 – Лилия Орланд

Я не хотела сдаваться. В отчаянии окинула взглядом комнату в поисках того, что могла бы использовать для освобождения.

В шкафу есть вешалки, но до них не добраться. Зацепить верёвку за ножку стула? Он слишком лёгкий, не поможет. Вот ножка кровати выдержала бы, но связанными руками её не приподнять.

Дольше всего я думала о свече, которую Флоси не погасил. Если хорошенько пнуть столик, свеча, скорее всего, упадёт на пол. Если она не погаснет, я могу перевернуться так, чтобы подпалить верёвки. Это был рискованный план. Ведь вместе с верёвками могло вспыхнуть и покрывало. Тогда я сгорю заживо.

Дым заполнил комнату. На полу его было меньше, однако, вдыхая, я уже ощущала горечь. А потом начала кашлять. И это всё решило. Выбора у меня не осталось.

Я покрутилась по полу, так, чтобы оказаться ногами к столу. Одновременно согнула колени и резко вытолкнула ступни вперёд. Столик зашатался, подсвечник опрокинулся. Свеча выпала и быстро покатилась к краю.

— Давай-давай, – подбадривала я её.

Однако, свалившись на пол, свеча погасла. А вместе с ней и моя последняя надежда.

Мгновением позже дверь содрогнулась под сильным ударом и рухнула на пол, озарив спальню брызгами пламени. Стало невыносимо горячо. Я чувствовала, как слёзы вытекают из глаз и уже на щеках засыхают.

— Барышня! Барышня, где вы? – кажется, мой рассудок повредился от ужаса, и я начала слышать голоса.

Зажмурилась. Помотала головой, но голос был настойчив.

— Барышня! – Повторял он. – Где вы? Откликнитесь?! В доме пожар!

Мне показалось странным, что голос у меня в голове говорит о пожаре. Я открыла глаза. На фоне горящего проёма стояла мужская фигура.

— Идан? – спросила я, уже зная, что ошибаюсь. Это был кто-то другой. Неважно. Главное, что за мной пришли. И я закричала: – Я здесь!

И тут же раздался звон стекла, в разбитое окно полился свежий воздух. На несколько мгновений он задул пламя, но оно воспрянуло вновь, с ещё большей силой. Огонь заревел, в соседней комнате упало что-то тяжёлое. Трещали потолочные балки, предупреждая, что долго они не выдержат.

Звон стекла продолжался. Я повернула голову и увидела, что снаружи его разбивает мужской кулак.

В этот момент ко мне подбежал первый спаситель. Он склонился надо мной, выругался вполголоса и подхватил меня на руки.

Я всматривалась в его лицо и вдруг узнала.

— Зван? – прошептала неверяще.

— Я, барышня, надо выбираться отсюда, – хрипло отозвался он и закашлялся.

— Тащи её сюда! – этот голос я бы узнала из тысяч других.

Идан нащупал шпингалет и распахнул створку. Как он туда попал? Окна располагались на высоте в полтора человеческих роста.

Зван не стал медлить. Перехватив меня поудобнее, понёс к окну. Идан уже тянул ко мне руки.

— Давай сюда! Я удержу! – пообещал он. И сдержал обещание.

Мы сидели прямо на траве и обнимались. Я не думала об ушибленной спине, Идан позабыл о кровоточащей ладони. Он прижимал меня к себе так сильно, словно только что чуть не потерял навсегда. Мы оба понимали, что смерть была очень близко. Нам всем очень повезло.

Но это было после.

Сначала, как только меня вытащили из пламени и развязали путы, я бросилась к дому.

— Там дети! Помогите! Надо вытащить детей!

Идан перехватил меня у самого крыльца.

— Пусти! Пожалуйста! – заплакала я. – Там Веля с Потей!