Книга Барышня из забытой оранжереи, страница 22 – Лилия Орланд

Пальцы непроизвольно сжались на железных прутьях ограды. Слишком печальное зрелище. Особенно для госпожи Берри. Скосив взгляд, я увидела слёзы в её глазах. Она права, надо было послать вперёд записку и людей, чтобы успели навести порядок.

— Тётушка, не плачьте, мы всё уберём и вычистим, будет как раньше! – я коснулась её предплечья.

— Как раньше уже не будет, – грустно улыбнулась она.

— Будет лучше! – я отказывалась поддаваться унынию.

Картина запустения, навевавшая сплин на Азалию, у меня, напротив, вызывала жажду деятельности. Хотелось немедля схватить садовый инструмент и обрезать кусты, смести прошлогодние листья, выполоть сорняки. Как будто во мне пробудилась прежде дремавшая страсть к садоводству.

Пока не знаю как, но я добьюсь того, чтобы тётушка перестала плакать, глядя на усадьбу. Если для этого нужно взять лопату и копать от забора и до вечера, я это сделаю.

Ещё крепче сжав прутья, я почувствовала, что пальцев касается что-то острое. С обратной стороны калитки располагался засов, острый край которого меня уколол. Просунув руку между прутьев, я не без труда расшатала ржавеющее железо и убрала запор. Калитка открылась с ужасающим скрипом, болезненно отразившимся на лице Азалии.

Однако путь вперёд теперь был открыт.

— Идёмте, тётушка, – улыбнулась я, – похоже, усадьба сама нас приглашает.

Из травы вынырнул Граф и первым помчался по дорожке, взметая пыль лапами. Госпожа Берри впервые улыбнулась, глядя на беззаботного пса.

— Он и правда словно домой вернулся, – я продолжила тему, не желая, чтобы Азалия вновь впала в задумчивость.

— Усадьба и есть его дом. Граф прожил здесь первый год жизни, а я так и вообще большую часть…

Я почувствовала, что беседа вновь уходит не в ту сторону, и вернула её назад.

— Тётушка, расскажите, как Граф попал к вам. Мне очень интересно.

История оказалась банальной и трогательной. Щенок умирал под кустом, когда его обнаружил семнадцатилетний Марк Берри. Он принёс собаку в дом тётушки, и вместе они выходили Графа. Имя тоже дал Марк, потому что тот неуклюже, но важно ковылял на своих лапках. Подросток и щенок провели вместе всё лето. Марк научил Графа командам. А когда пришло время ехать домой, попросил тётушку присмотреть за его собакой. Он собирался поговорить с отцом и, заручившись родительским разрешением, вернуться и забрать пса.

— И вот Марк вернулся спустя десять лет. Он даже не взглянул на Графа, – вздохнула Азалия.

И я вслед за ней. Все мои попытки неизменно приводили к одному – она снова вспоминала прошлое, которое её расстраивало. Поэтому я сдалась и просто рассматривала усадьбу. Правда обращала внимание не на красоты, а на то, что нужно сделать в первую очередь. И список получался длинный.

Дом тоже требовал ремонта. Красивый деревянный особняк стоял передо мной печальным исполином. Краска выгорела и облупилась. Основание одной из колонн подгнило, заставив её просесть и накрениться. Ещё один пункт в списке первоочередных задач. Это огромное бревно в любой момент может свалиться кому-нибудь на голову.

Крыльцо рассохлось. Большинство досок требовало замены.

Я с опаской ступила на первую ступеньку. Она жалобно заскрипела, прогибаясь под моим весом.

— И как они не боятся здесь ходить? – спросила вслух, осторожно переставляя ногу на следующую.