Книга Сердце пентаграммы, страница 11 – Нинель Мягкова

Тяжесть была не удушающая, а приятная, разжигающая кровь. Захотелось потереться о гладкие литые мускулы, но страшно мешала одежда.

— Вот видишь. Инстинкты берут свое. — жарко шепнул мне в шею дроу, прикусывая торчащую косточку ключицы. — Мы предназначены друг для друга.

Голос Мирана доносился до меня, как сквозь вату. Глаза прикрылись сами собой, загипнотизированные переливами синего в сияющих волосах, сплетенных в разнообразные косички, с бусинами и нитями. Зато чувствительность кожи усилилась в разы, заставляя стонать и извиваться от прикосновений горячего языка и губ. Дроу беззастенчиво исследовал меня везде, прикусывал соски, нежную кожу живота, а когда он сполз еще ниже и раздвинув мне ноги, длинно, протяжно лизнул мою истекающую соками промежность, я запрокинула голову, вскрикнув. И продолжила метаться по подлокотнику, безуспешно цепляясь за него, силясь удержаться и не сорваться…

Не смогла.

Спину выгнуло дугой, ноги помимо воли сомкнулись, грозя удушить слишком умелого и невыносимо самодовольного дроу.

— Вот так, милая. Умница. Теперь больно не будет. — пробормотал он, приподнимаясь надо мной и упираясь рукой в диван рядом с моей безвольно откинутой головой. Мелькнула вялая мысль, с чего мне вдруг должно быть больно, и тут он погладил меня между ног, там, где все еще прокатывались сладкие спазмы. Потеребил клитор, раздвинул губы, нашёл пальцами вход в лоно… и к пальцам, исследовавшим мои складочки, присоединился его орган.

Когда только раздеться успел? Перекатив головой по подлокотнику, я сыто обозрела мощные плечи, отлично развитые руки с подрагивающими дорожками вен, и весьма увесистую мужскую гордость, нацелившуюся внутрь меня. Неплохой размер. Ровный, тоже перевитый темными жилками, крупный, довольно длинный, но не вызывающий вопроса — а как это меня не порвёт? Напротив, в устало-удовлетворённой мне заворочалось предвкушение. Каково будет ощутить внутри эту твёрдую распирающую силу?

Я качнула бедрами, поймав момент, когда он был близок к входу, и сама нанизалась на него.

— Нетерпеливая девочка. — выдохнул дроу, и замер, глядя на место соеднения наших тел. — Я ведь хотел как лучше.

И вошёл в меня рывком, на полную длину.

Ух! У меня аж дыхание перехватило. Я протяжно застонала, дроу тоже, всякая мысль исчезла из его глаз, и они засветились тьмой.

Испугаться толком я не успела. Он отодвинулся, выходя почти полностью, и снова врезался в меня, приколачивая к дивану. Плевать на тьму, внутри меня разгорался натуральный пожар!

Обхватив руками и ногами Мирана, я притянула его еще ближе, помогая ему бедрами, встречая его толчки с несказанным энтузиазмом.

Оргазм ударил меня внезапно, заставив выгнуться в сладкой судороге. Дроу едва удержался на мне, вцепился пальцами в ногу, оставляя наверняка отметины, и еще активнее заработал бедрами. Замер, захрипел, рука, которой он упирался в диван, подломилась, и он рухнул на меня всем телом.

Лоном я все еще чувствовала сокращения его плоти, выбрасывавшей семя.

Мозг потихоньку возвращался на законное место, меня замутило. Если бы не туша, придавившая к дивану, надавала бы себе по лицу.

Что я творю? Я его знаю пару часов! Не то, чтобы я была наивной ромашкой, но цеплять парня ради быстрого секса — такими развлечениями я не занималась. Для меня были важны чувства, взаимопонимание, некие общие интересы. Все то, что приобреталось в процессе общения, а не пьяных обжималок в баре. И куда вылетели все мои принципы при встрече с этим дроу?