Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 127 – Нелли Штерн

— Лорд Калемар, – ответил я. Невероятная удача для нас. Этот могущественный маг является самым крупным в империи специалистом по магии предначертанных.

— Господа советники, ваши обвинения беспочвенны. Юная леди совершенно точно не является посланницей тьмы и не подвержена ее влиянию…

— Тайная служба императора! – разлетелось над площадью. А вот и Трелорин, наконец. – Расступитесь!

Величественно приосанясь, Леоринэль подъехал к помосту.

— Опять вы, госпожа Нарвус, – брезгливо нахмурился он. – Что на этот раз? Снова попытались напасть на какую-нибудь адептку?

Лана напряглась, а после потянула меня за руку ближе к себе.

Шиана Нарвус

В очередной раз смотрела в абсолютно безразличные и холодные глаза моего, кажется, уже бывшего предначертанного и терялась. Просто не понимала, когда он играл? Обманывал меня с самого начала? А после почему-то решил прекратить притворяться? Или наоборот? Не знала, что и думать. И самое главное – для чего ему все это было нужно? Я – не бог весть какой приз. И тут невероятная мысль пришла мне в голову! Что, если он и есть черный рыцарь? А что? Очень удобно выслеживать самого себя, всегда быть в курсе планов, подобраться близко и держать под полным контролем. Услужливая память безжалостно подкинула мне картинки нашей близости и попытки жуткой фигуры в капюшоне и маске с тысячей лиц меня убить. Просто невероятно, как можно вот так неистово без оглядки любить женщину и в то же время пытаться ее убить!

Бросила взгляд из-под ресниц на Леоринэля и заметила некую странность. На его груди, переходя на плечо и живот, пульсировала какая-то черная пакость. Она маскировалась и пряталась, стараясь слиться с его магическим источником, мелькая в каналах. Я, конечно, не большой специалист, но так точно не должно быть.

Потянула Фабрициуса за рукав, привлекая к себе внимание, и сбивчиво зашептала на ухо о своих наблюдениях. Геноа нахмурился.

— Знаешь, – задумчиво ответил он, – мне не раз приходилось видеть, как тьма отравляет мага, заживо сжирает его изнутри, уничтожая магический источник, разъедая каналы. Несчастный испытывает невыносимые муки, но то, что описываешь ты, похоже на мягкое, ненавязчивое воздействие. Теперь мне понятны внезапные изменения Леоринэля, его холодность и отстраненность по отношению к тебе. Похоже, чужеродная стихия блокирует связь предначертанных.

Фаб замолчал, будто прикидывая и просчитывая варианты.

— Попробуй вытащить из него эту заразу, – наконец, произнес он.

— И как же по-твоему? – растерянно спросила его.

— Представь, что у него внутри пиявка, жирная, ненасытная. Она присосалась к его магии. Направь тонкий ручеек своей силы прямо в нее и потяни, – пояснил змей.

Будто это было так просто.

— Давай же, – подбадривал он меня. – Хуже ты уже точно не сделаешь.

Трелорин тем временем спешился и поднимался по ступеням так, будто на его плечах была вся тяжесть мира. Он прошел по помосту и остановился перед нами. Фабрициус сдвинулся чуть вперед, прикрывая меня своим телом, защищая, вселяя уверенность.

Как он сказал? Хуже уже не сделаю? Я слегка прикрыла глаза, сосредотачиваясь на еще непривычных ощущениях моей магии. Она свернулась теплым пушистым котенком в груди, согревая, подбадривая, довольно мурлыча и радуясь, что обрела, наконец, хозяйку, которую ждала так долго. «Помоги!» – попросила ее, не очень рассчитывая на ответ. Но сила послушалась. Я почти видела, как она выгнула белоснежную спинку и выпустила коготки, словно играя, мягкой поступью сбежала по руке, оттолкнулась и приземлилась прямо на грудь эльфа.