Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 126 – Нелли Штерн

Восторженно закатывая глаза и мурлыча, как самый обыкновенный кот, великий каменный змей скользнул тонким раздвоенным языком по нежной ароматной коже ее запястья и, окончательно ошалев от счастья, уступил мне место.

— Шиана! – с болью прохрипел я, прижимая свою пропажу к себе.

— Фаб, нежности потом. Лорд Рашмир похитил меня и хочет убить, – буркнула малышка мне куда-то в шею, отчаянно прижимаясь дрожащим телом.

Позволил себя еще одну маленькую слабость и прижался губами к ее виску, шумно вдыхая. Мне просто нужно было убедиться, что она здесь, живая и настоящая, а не плод моего больного воображения.

— Советник Рашмир, – тоном, не предвещающим ничего хорошего лично для лорда, начал я, – по какому праву вы похитили мою предначертанную, удерживали силой, пытали, а теперь и вовсе угрожаете смертью?

Мужчина за мгновение спал с лица, но быстро взял себя в руки и вернул на лицо прежнюю невозмутимость и уверенность.

— У совета есть небезосновательные сомнения в подлинности ваших уз, – весомо произнёс он, оглядываясь на пятерых лордов, членов высшего совета, которые также были здесь, я запомнил каждого.

Мужчины с готовностью закивали, как болванчики, а один из них добавил:

— Мы требуем самого тщательного расследования с применением зелья правды!

— Я, как жених и будущий супруг госпожи Шианы Нарвус, отказываю вам в этом. Любые беседы, повторяю, беседы, только в моем присутствии и с моего позволения, – припечатал с угрозой и непрозрачным намеком больше не переходить черту, но советники явно почувствовали себя бессмертными.

— Мы требуем доказательств связи истинных! – визгливо выкрикнул высокий лорд, удивляясь собственной отваге.

— Доказательств? – недобро оскалился я и по щекам пробежала черная чешуя. Змей был в ярости, что жалкий маг сомневается в его выборе.

— Фаб, – дрожащим голосом загнанной в угол жертвы позвала меня Лана. Мне не нравилось, что моя женщина боится, и змей был со мной солидарен. Сейчас был лишь один выход это исправить…

Решительно скинул с плеч камзол, укрывая теплой тканью хрупкие плечи моей искорки, и расстегнул пуговицы рубашки.

— Что ты делаешь? – прошептала она, с интересом разглядывая мою обнаженную грудь.

Змей, заметив ее восхищение, требовал показать себя истинной во всей красе и немедленно сорвать все ненужные тряпки. Весело хмыкнув, представив только реакцию толпы на публичное разоблачение лорда-ректора.

— Они хотели доказательств, любимая, – выдохнул в опасной близости от ее манящих пухлых губ, – покажи им…

Развернулся лицом к многочисленным зрителям и подбадривающе подмигнул своей девочке. Она несмело улыбнулась в ответ, и я почувствовал ее магию, что неспешно, на мягких лапах забиралась вверх по моей руке. Яркая, игривая, бесконечно нежная ко мне. Она обволакивала теплом, заботой, искренним восхищением и любовью. Осторожные ручейки стекли к груди, зажигая мою метку. Она сияла так, что было больно глазам. Лана смело рванула ворот своей рубашки, обнажая ключицу, где ярко пульсировала сложная вязь печати истинных.

Толпа ахнула и загудела: «Предначертанные!»

— Это все происки тьмы! – завизжал советник Рашмир.

— Исключено! – весомо заявил кто-то из толпы и поднялся по лестнице к нам. – Миледи, – поклонился он в низком почтительном поклоне, но не касался моей девочки. Весьма предусмотрительно. Змей и так был взвинчен до предела.