Книга Миссия: Реабилитировать злодейку! Том 1, страница 47 – Алина Пылаева

Колебалась, но руки сами потянулись расстегнуть оставшиеся пуговицы на рубашке. Щеки зарделись, стоило увидеть литое тело, слепленное из упругих канатов мышц. Укол страха — черная метка под сердцем, словно глубок бесчисленных змей.

И все же ладонь легла на раскаленную кожу. Провела ей вверх, огладила крепкую шею и приложила к щеке.

— Ваше Величество, — сорвалось с губ, и неожиданно глаза словно драгоценные аметисты распахнулись, заставая меня с поличным.

Испугалась, дернула руку, но ее перехватила большая ладонь. Губы распахнулись, но слова не хотели слетать с языка. А тем временем мои пальцы вновь почувствовали жар и гладкость чужой кожи, их прижали к щеке настойчиво, требовательно.

Я могла лишь завороженно тонуть в глубоких омутах глаз, что были поглощены зрачками. Взгляд в упор заставлял мое тело дрожать, а подушечки пальцев покалывать от нарастающего волнения. Император не отпускал руки, медленно повернул голову и мягкие губы поцеловали ладонь, самую ее середину.

— Ваше Величество… — ахнула от неожиданной теплой волны, хлынувшей вдоль позвоночника.

Не медлила, не сомневалась, наклонилась над ним и заменила ладонь своими губами. Неумело, но настойчиво поцеловала его. Мужчину, что был непреступной крепостью год за годом.

Вязко, неторопливо я заманивала его в ощущения, что были еще не знакомы. Приблизилась, уничтожая расстояние между телами, помогла раскаленным ладоням обхватить мою талию, и тогда он забрал мою власть.

Невозможно забыть руки, что тянулись с жадностью. Невозможно забыть глаза полыхающие одержимостью. Невозможно забыть хриплый шёпот, что срывался с таких пьянящих губ:

— Лара… Лара!

Подорвалась на кровати в холодном поту.

Судорожное дыхание никак не хотело приходить в норму, стук сердца отдавался в ушах. Мне было жарко и душно, словно я и впрямь секунду назад…

— Вот это я впечатлилась, конечно…

Рухнула обратно на кровать, не смыкая век. Воспоминания Клариссы всегда были яркими, детальными, но сейчас я будто взаправду была там. В той комнате, в тех объятиях, в том самом дне.

Сон больше не шел. И пытаясь убежать от навязчивых воспоминаний с чертилой-императором в главной роли, я возвратилась мыслями на несколько часов назад. В день, который никак не хотел заканчиваться. Да я за всю прошлую жизнь столько событий не пережила, сколько за эти двадцать четыре часа!

Когда Бьёрн залез в голову нашему пленнику, выудил имя — Рауль. И хоть я была полностью уверена, что не может мужчина с таким лицом и породной статью быть простолюдином, больше информации добыть не удалось.

Так вот крики Рауля до сих пор стояли в ушах. В какой-то момент мне показалось, что Бьёрн все же решил его убить, пока я ничего не поняла, но, к счастью, подозрения были ошибочны.

Рауль сопротивлялся как мог, но магия Бьёрна, напитанная моей маной не оставила ему шанса. И блоки были поставлены как по учебнику, с оговорками, что можно говорить. А говорить можно было только до оскомины однообразное расписание, этакий день сурка, которым якобы я жила.

— Послушай, — присела я к Раулю, когда все было кончено. — Уж не знаю, наобещали ли тебе чего или нужда заставила, а может такой уж твой путь. Просто знай, что если захочешь освободиться от ошейника, ты можешь найти меня.

— Хозяйка! — возмутился Бьёрн.