Книга Помощница антиквара, страница 79 – Амари Санд

— Господин Туров! Насилу вас нашел! — выпалил он, протягивая Савелию Кузьмичу запечатанный конверт.

— В чем дело, сударь? Мы закрыты для частных визитов, — буркнул дядя, хмуря брови.

— Это от графа Разумовского! Срочное дело, не терпящее отлагательств! — Мужчина понизил голос до шепота, но я все равно услышала каждое слово. — Речь идет о семейной реликвии, она повреждена… Если не исправить сегодня, завтра будет поздно. Граф готов платить любые деньги, но вы должны поехать со мной немедленно!

Савелий Кузьмич вскрыл конверт, и я увидела, как его лицо вытянулось от досады. От подобного вызова невозможно отказаться.

— Проклятье, — прошипел старик, глядя на меня с неприкрытым сожалением. — Александра, ситуация складывается скверно. Разумовский — не тот человек, которому можно сказать «нет». Я вынужден поехать с этим господином. Но экипаж Федорова уже на подходе. Ты должна отправиться к купцу одна и начать осмотр без меня. Справишься?

— Но Савелий Кузьмич, как же так? — я растерялась. — Он ведь ждет вас!

— Ты — мой лучший мастер, — отрезал Туров, уже надевая шляпу. — Скажешь, что я задерживаюсь по делам службы. Оценивай аккуратно, не торопись. Если увидишь что-то подозрительное — молчи до моего приезда. Главное, веди себя как подобает племяннице уважаемого антиквара. Иди, девка, это шанс доказать, что ты стоишь тех золотых, которые тебе платят!

Он почти вытолкнул меня на улицу, где у порога как раз затормозила роскошная карета Федорова.

Лакей в ливрее распахнул дверцу, и я, сжимая в руках тяжелый несессер, поднялась внутрь. От нахлынувшего волнения тревожно забилось сердце. Ехать в дом к незнакомому купцу в одиночку — верх безрассудства, но выбора мне не оставили. Колеса застучали по брусчатке, унося меня прочь от привычной лавки к блеску и опасностям высшего света.

Путь занял меньше получаса.

Особняк Федорова на Мойке поражал воображение показной роскошью: позолота на лепнине, тяжелые атласные шторы и бесконечные анфилады залов, в которых легко заблудиться.

Слуга провел меня в малую гостиную, где уже собралось несколько человек.

Я старалась держаться прямо, пряча за напускным безразличием любопытство и пытливый ум реставратора, оценивающего не только интерьер, но и потенциальные угрозы.

— А вот и наша жемчужина! — громогласно объявил Федоров, поднимаясь навстречу. — Господа, позвольте представить: Александра Ивановна Савельева, помощница и правая рука господина Турова. Сам Савелий Кузьмич задерживается, государственные дела, знаете ли, но обещал быть к ужину.

Среди гостей я сразу заметила высокую фигуру Константина.

Он стоял у окна, небрежно прислонившись к раме и потягивая морс из хрустального бокала. Модный фрак сидел на нем, как влитой, подчеркивая мускулистую фигуру, а волосы были уложены с той тщательностью, которая выдавала в нем завсегдатая светских раутов.

Ермаков едва заметно кивнул мне. В его серо-стальных глазах я прочитала предостережение — не выдавать нашего знакомства.

Однако мое внимание привлек невысокий мужчина с тонкими губами, искривленными в усмешке, и водянистыми глазами, в которых светилось плохо скрываемое высокомерие.

Он расположился в глубоком кресле, покручивая в руках золотой лорнет. Стоило мне войти, как его лицо исказилось в гримасе узнавания, смешанной с брезгливостью.