Книга Помощница антиквара, страница 44 – Амари Санд

Дядя тут же вскочил со своего места, перекошенный от ярости и пережитого ужаса.

— Ты что творишь, девка полоумная⁈ — заорал, бросаясь ко мне. — Ты нас обоих в могилу сведешь своими играми! Слышала, что он сказал? Он меня убьет! Из-за твоей жадности и дурацких свитков! Ты хоть понимаешь, что Клеймор — это ходячая смерть? Он не просто бандит, он чудовище, у которого нет сердца!

— Успокойтесь, Савелий Кузьмич, — я устало посмотрела на дядю, не испытывая ни злости, ни жалости.

— Успокоиться⁈ — старик брызгал слюной, его руки тряслись от негодования. — Ты подставила меня под удар! Ты обманула его, а расплачиваться буду я! Зачем мне такая племянница, от которой одни беды? Лучше бы я тебя на порог не пускал! Убирайся вон из моей лавки! Ищи другое убежище, пока он…

— Я никуда не пойду, — рявкнула, оборвав старика на полуслове.

Туров замер, таращась на меня с открытым ртом. А я действительно на миг почувствовала себя ушлой девицей, которая подставила хорошего дядюшку. Но все было как раз наоборот!

— Я не желаю вам зла, дядя, — немного сбавила тон. — И я не заинтересована в вашей смерти.

— Тогда отдай ему все! — заскулил он, мгновенно переходя от гнева к мольбе.

— Но это не я связалась с преступником. Это вы притащили ему свиток, надеясь на легкую наживу. Вы открыли дверь Клеймору в ту секунду, когда решили заработать на том, чего не понимаете. Теперь нам обоим придется играть по правилам, которые диктует он, пока я не найду способ выпутаться из этой ситуации. И если вы будете мне мешать, клянусь, я позволю ему осуществить его угрозы.

Он попятился, глядя на меня с суеверным страхом. Его ворчливое величие рассыпалось перед лицом опасности.

— Ведьма… — прошептал он, осеняя себя обережным знаком. — Настоящая ведьма.

— Идите к себе, дядя, — усмехнувшись, указала рукой на лестницу. — И не забудьте запереть дверь. Завтра будет долгий день, а мне необходимо закончить то, что начала. Я должна сосредоточиться, чтобы не допустить ошибки, которая может стать для нас последней.

Туров спешно скрылся наверху, а я осталась одна в полумраке лавки, глядя на пустой прилавок. Нащупав под платьем амулет Ермакова, я сжала его через ткань, как будто в нем заключалась единственная надежда. Клеймор думал, что он охотник, а я — его добыча. Но он не догадывался о том, что все как раз наоборот.

Я взяла перо и чистый лист бумаги, чтобы записать полный перевод свитка и решить, что с ним дальше делать. В древнем трактате говорилось, что магия крови всегда требует непомерную плату. А я могла сделать так, чтобы Клеймор заплатил ее сполна.

Огарок свечи на краю стола нещадно коптил, бросая длинные, уродливые тени на стены лавки. Но я не замечала дискомфорта, сосредоточившись на самом свитке и воспоминаниях того, кто его писал. Кольцо лежало рядом, а моя необычная магия бурлила в крови, подбрасывая мне новые и новые образы.

Тысячи рук касались пожелтевшего пергамента, оставляя свои следы. Но самый заметный выжег на нем древний маг, практиковавший кровавое искусство.

Время давно исказило его облик, а память о нем затерялась в веках, но мыслеобразы сохранились в мельчайших частицах засохшей крови, которую маг использовал вместо чернил.

Я видела не просто слова, а энергетические связи, которые предстояло переплести так, чтобы они стали смертельной ловушкой для безумца, решившегося их активировать. В последнем абзаце я намеренно изменила всего один глиф, отвечающий за стабилизацию потока. Теперь при попытке зачерпнуть силу крови заклятие обрушит всю накопленную мощь на самого заклинателя.