Книга Корона рогатого короля, страница 29 – Янка Лось

— Разве это наше дело? – нахмурился парень и вздрогнул, когда кулак Фаолана Кейна опустился с грохотом на крышку стола.

— Если вы не хотите видеть и слышать – вам не место здесь! Если вам не важна справедливость – вам не место здесь! Все, что происходит под небом, – наше дело! Все, что нарушает гармонию мира, – наше дело! Если кто-то из моих учеников хочет вырасти равнодушной свиньей, то лучше бы ему подохнуть еще поросенком!

Он помолчал и добавил:

— Обвиняемый был невиновен. Просто он жил в деревне недавно, много читал и молчал и считался странноватым, не таким, как все. Девица была первой красавицей, ее утопила подруга – позавидовала, жениха не поделили. Так-то вот. Мое первое дело.

Вокруг стояла такая тишина, что было слышно, как с жужжанием бьется об окно муха. Кажется, самоуверенные соратники Эпоны по учебе поняли, почему их учителя прозвали Неистовым. И опасались даже в королевском суде.

Выдержав паузу, магистр Кейн продолжил:

— Вернемся к общей процедуре. Судить аристократов имеет право лишь королевский суд, как известно. Но если в деле замешана магия, то обвинять или оправдывать будет инквизитор. Без него даже самые высшие судебные чины не смогут законно приговорить кого-то. Даже сам король своей волей.

Это Эпона могла и не слушать. Ее брат Фарлей на своей шкуре испытал все ухабы королевского правосудия. И если сказать честно, судьи были к нему благосклоннее, чем отец, который, узнав о роли Фарлея в нападении на крестьян с помощью магии, несостоявшемся принесении кровавых жертв и разрушении имущества университета, хотел своими руками утопить любимого сына.

Магистр Кейн продолжал лекцию, плавно перемещаясь среди столов. Даже засыпающие слушатели разом подтягивались и переставали сползать со стульев. Было очень хорошо видно, кто вчера приятно проводил время в столичных тавернах и прочих домах, о которых не стоит знать приличной девушке. Девушка, в отличие от них, ночью спала, так что магистра слушала внимательно.

— Не стоит забывать, что все еще действует закон об испытании битвой. По желанию пострадавшего от тяжкого преступления или, напротив, не желающего признавать вину обвиняемого, можно объявить о поединке, результат которого определит приговор. Так вот, в магических судах он тоже действует, но с логичным условием – оба поединщика должны быть магами. Если же один из поединщиков не маг, то он может выставить мага вместо себя, если найдет желающего за вознаграждение, из убеждений или иных чувств. Тем не менее инквизиторский суд редко поддерживает такие решения, потому что сила не должна быть выше правды. А правду следует искать, используя разум, а не кулаки, будь то даже кулак магический.

В этом Эпона была с ним согласна. Как и хорошо понимала, почему инквизиция никогда не позволяла в своей вотчине судить присяжным. Ведь не все из того, что понимал инквизитор, можно было легко объяснить не наделенным магией. Кроме того, перед присяжными нужно было блистать не логикой, а обаянием и красноречием. Инквизиторы предпочитали логику.

Эпона понимала, что для нее это как раз плюс. Убедить толпу в невиновности бродяги, необученного мага, на которого решили повесить убийство, она не смогла бы красноречием, но с помощью логики шансы уже появлялись. В конце концов, ей совсем недавно удалось раскрыть нападение келпи на девушку!