Книга Все чудовища Севера, страница 25 – Ана Тхия

— Вёльва из моего рода, – опасливо подтвердила Улла. – Что же, если вы задумали отомстить мне за это, то вот я здесь. Совсем одна, нет ни бессмертного конунга, ни богов, способных встать на мою защиту. Хоть съешь меня, хоть скинь со скалы, Фенрир, твоя месть может быть исполнена в любой момент.

Волк медленно выдохнул трижды, выпуская клубы пара из носа. Глаза его прикрылись, но Улла не могла точно разобрать, смеётся он над ней, упивается своей властью или же замыслил иное, чего она пока не могла понять.

— Насколько ничтожна жизнь одного человека. Я действительно могу расправиться с тобой, как и любой бог, как и любой великан или гном из иных миров. Люди хрупкие по натуре своей, но вы и не задумывались сильными в момент своего сотворения, – волк опустил голову к Улле, рассматривая её и демонстрируя, насколько же её тело было маленьким, ведь рост был не выше его клыка. – Но удивительно, на что способны люди. Одна вёльва, ведающая будущее, может искалечить жизни трём невинным, пусть и чудовищным детям. А множество людей, поклоняющихся одному богу в битвах, – наполнять его мощью своей веры.

Улле казалось, что она улавливает суть, о которой толкует Фенрир. И вновь почувствовала то самое понимание и жалость к волку, его брату и сестре. Кто знает, были ли они жестокими чудовищами, жаждущими смерти богов, когда только родились? Или стали такими, потому что из-за страха Один так обошёлся с ними?

— Так чего же ты на самом деле хочешь? Твоё желание защищать не бескорыстно, Фенрир, не так ли? Людей, поклоняющихся Одину и Тору, сложно убедить в верности тем, кто убьёт их богов. Ёрмунганд хоть и пал в сражении, но забрал с собой жизнь Тора. Многое предсказано давным-давно, мы росли, слушая легенды о том, что чудовища нарушат порядок и принесут хаос в Девять Миров. Тот, кто носит молот Тора, получил его, потому что Ёрмунганд убил Громовержца. А ты…

— Однажды я убью Одина, ты знаешь это. И знала, когда согласилась принять нашу помощь. Отчего же?

Улла потупила глаза. Она и вправду знала о грядущей гибели Одина. Предсказано, что его убьёт Фенрир, положив конец правлению богов. Но она жаждала дать людям тот путь, который они от неё требовали. И если боги были не в силах помочь, то мощные волки уже стояли рядом.

— И ты умрёшь, – Улла вскинула голову. – Если уж мы говорим о предсказанном.

— И это верно.

— Какой прок тогда поклоняться тебе, позабыв об Одине и Торе?

— Как я уже говорил, Улла Веульвдоттир, значение имеет то, что возможно успеть до исхода положенного срока. Моё желание не бескорыстно, ты права. Взамен я прошу людей произносить моё имя, когда им нужна помощь. Чтобы оно звучало с каждого клочка земли, чтобы каждая принесённая жертва была в мою честь.

— Что нам останется, когда ты умрёшь? Один умрёт, и его имя затихнет, тебя будет ожидать та же участь, если ты больше не сможешь прийти на помощь.

— Останется моё наследие. Вот мой сын, сожравший солнце, но знающий, когда Девять Миров надо одарить его светом. И вот второй, владеющий светом луны.

— А Хель, собирающая своё войско, знает о твоих планах? – Улла откинула капюшон и ощутила, как снежинки падают на нос.

— Глупец тот, кто не почитает саму смерть. Кто не молит её об отсрочке, кто не приносит ей жертвы, надеясь отвести взгляд. – Улла не могла не согласиться в этом с волком, хоть смерть вызывала скорее страх, чем почёт, о котором грезил Фенрир. – И всё же, Улла Веульвдоттир. Зная будущее, в котором мы принесём хаос и смерть богам, что же заставило тебя пойти этим путём? Как ты, говорящая с богами и чьи предки говорили с ними, столь легко поклонилась чудовищам?