Книга Жар-птица, страница 127 – Арина Теплова

Ольга оперлась на протянутую широкую ладонь мужа в бархатной перчатке и выпорхнула из кареты, оправляя на лице маску. Она остановилась на миг и вновь быстро окинула взглядом супруга. Измайлов, даже не удостоив молодую женщину внимания, уже отвернулся и недовольно вымолвил:

— Сударыня, мы и так опоздали на час по вашей вине. Прошу, пойдемте уже.

Он направился вверх по парадной лестнице широкими шагами, не дожидаясь, пока Оленька положит свою руку к нему на локоть. Она же наградила удаляющуюся спину мужа недовольным взором и, тяжело вздохнув, приподняв юбки, поспешила за Кириллом. Едва догнав его, она почти насильно втиснула свою ладонь в кружевной белой перчатке ему на локоть, который он был вынужден согнуть. Вновь окинув заинтересованным взглядом его четко очерченный красивый профиль, она отметила, что Кирилл так и не смотрит на нее.

Опять тяжело вздохнув, Оленька подумала о том, что почти два часа она прихорашивалась перед зеркалом, из-за этого они и опоздали. И все для того, чтобы муж хотя бы невзначай отметил, как она хороша в этом открытом платье, которое было до того прелестно, что казалось Ольге произведением искусства. Но Измайлов, лишь мельком взглянув на нее еще дома, вмиг нахмурился, отвернувшись, и более не смотрел на нее. На протяжении всего пути в коляске он упорно смотрел в окно, игнорируя Ольгу, да и теперь вел себя с ней как с надоедливой мухой, которую надобно сопроводить на очередной бал.

Когда они вошли в широкий бальный зал, Кирилл наконец соизволил посмотреть ей в лицо и сухо спросил:

— До которого часа вы намерены пробыть здесь?

— Я не знаю. Как вы пожелаете, — кокетливо улыбаясь ему, проворковала Оленька.

— Тогда в одиннадцать жду вас у парадного выхода. Вас это устраивает?

— Вполне, — кивнула она.

Уже через миг Измайлов скрылся в толпе, видимо, более не собираясь проводить в ее обществе ни одной лишней минуты.

Оленька нервно расправила большой веер и начала обмахиваться им. Ее настроение опять начало портиться, как и на всех последних приемах. Она начала лихорадочно искать глазами в разряженной толпе приглашенных своих подруг. Однако никого не заметила. Оттого она отошла чуть в сторону и села на бархатный диванчик, обмахиваясь веером. Громко заиграла музыка, и пары начали танец. Почти сразу же она увидела Кирилла, который танцевал с молодой княжной Гагариной в розовом бальном платье со множеством рюшек. Девушка призывно улыбалась, а Измайлов рассказывал ей нечто интересное.

Поджав губы, Ольга подумала, отчего муж не пригласил ее, Ольгу? Она тоже была бы не прочь потанцевать с ним.

К ней подошел один из кавалеров, и Оленька нелюбезно отказала ему, заметив, что ее карта вся заполнена. Эта была ложь. Но танцевать ей совсем не хотелось, точнее, хотелось, но с Кириллом. Уже к концу третьей мазурки настроение Оленьки окончательно испортилось. Она недовольно созерцала высокую подтянутую фигуру мужа, который умело выделывал па среди танцующих вместе с очередной молодой дамой. Созерцая эту неприятную картину, она ощущала, что ей обидно.

Оленька едва выдержала до десяти вечера.

Молодой граф Разумовский почти весь вечер надоедал ей своей опекой и излишним вниманием. Роман Разумовский, невозможно юный, лет двадцати двух, интересный молодой человек, балагур и весельчак, уже давно сох по Оленьке. Еще с позапрошлой зимы он увивался за ней, не оставляя в покое. Ее замужество немного охладило его пыл, но в прошлом месяце, когда Оленька по неосторожности заметила, что муж совершенно ничего не значит для нее и даже не контролирует, молодой Разумовский словно помешался. Он ездил на те же балы, что и она, появлялся в тех же трактирах и лавках, где она бывала с подругами, и пару раз даже приезжал к ним в дом.