Книга Башня Авалона, страница 47 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

— Гм. Влюбленные… – Голос Таны звучит озадаченно.

— Что? Мне никогда не выпадали Влюбленные, – вставляет Дариус. – Серана даже сказала мне, что у тебя в колоде нет этой карты.

— Я просто пыталась пощадить твои чувства, милый. – Серана сочувственно улыбается ему.

Тана проводит пальцами по карте:

— Этот человек и в прошлом, и в будущем. Любовник из прошлого.

У меня трепещет в груди. У меня было только два настоящих бойфренда, и они работали в одном баре. Один был помешан на том, чтобы демонстрировать женщинам кубики своего пресса, другой – на своей жуткой глэм-рок-группе. Надеюсь не встретить в будущем никого из них.

— А Башня между ними, – объявляет Тана. – И разлучает, и сближает.

— Туда-сюда, ага? – Серана делает неприличное, безошибочно узнаваемое движение пальцами. – Ну хоть что-то хорошее, Ния… Обычно гадания здесь не бывают столь пикантными.

— Знаешь, такое нужно делать без посторонних, – резко говорит Тана.

— Вообще-то это и моя комната тоже. – Серана показывает язык.

— Просто представьте, что меня здесь нет, – предлагает Дариус. – Хочу посмотреть, что там дальше.

Тана втягивает из-под первых двух карт еще одну. У меня снова бегут мурашки: мужчина на троне с большими бараньими рогами, напоминающий злого бога. На карточке надпись «Император».

— Твое происхождение, – бормочет Тана. – В нем есть какая-то опасность для тебя.

Ну тут все просто.

— Моя мама. У нее проблемы.

Мама часто засыпала пьяной на диване с зажженной сигаретой. Однажды врезалась на машине в здание, а я находилась на пассажирском сиденье. Так это совсем неудивительно: мама регулярно подвергает мою жизнь опасности.

— Нет, это не твоя мать. – Тана тычет пальцем в карту. Я чувствую, что гадание ей не по душе.

Всё внутри сжимается. Мама вырастила меня в убеждении, что мой отец – Уолтер. Скучный, самый что ни на есть человеческий мужчина с большим банковским счетом. Значит, это не так… Теперь у меня к маме несколько вопросов. Например, с каким фейри она переспала?

— Я не знаю, кто мой отец, – говорю я. – Наверное, тот факт, что я полуфейри, как раз и представляет опасность.

Тана переворачивает еще несколько карт: Луна, Смерть, скелет на лошади под грозовым небом. Молния пронзает тучи над ним. По моей спине пробегает дрожь.

— Иногда смерть не так уж страшна, да? В картах таро? Просто перемены или типа того? – с надеждой спрашиваю я.

Но Тана меня не слышит и, словно в исступлении, открывает всё новые и новые карты. Еще мечи и кровь. Карта с изображением монет. Колесо Фортуны. Тана молча откладывает колоду в сторону и тяжело вздыхает.

— Тана… – Я сглатываю ком в горле. – Я умру?

Она поднимает глаза и встречается со мной взглядом:

— Да.

Я бледнею:

— Что?

— Мы все когда-нибудь умрем, но полуфейри живут гораздо дольше людей.

— Да, но что ты увидела в картах?

Она качает головой:

— Обычно карты намного яснее. Но в твоем случае задействовано так много сил, что в будущем видны какие-то разрывы, изломы… Твои возможности почти безграничны. Я вижу… двойственность. Борьба внутри и вне тебя. Невыполнимые решения. И озеро.

Озеро.

В комнате повисает тишина.

— Знаешь, – наконец произносит Серана, – обычно, когда появляется новая соседка, следует пригласить ее на вечеринку, а не пугать до полусмерти.