Книга Башня Авалона, страница 41 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Дверь со скрипом распахивается, и на пороге появляется Рафаэль. Он выглядит потрясающе, раздражающе сексуально. Ничего удивительного, что он проводил время с той, кого называют ужасной снобкой.

Но я не могу отвести от него глаз. Высокие окна за его спиной пропускают утренний свет, золотя его тело и освещая темные волны волос. Рафаэль без рубашки, и мой взгляд задерживается на его рельефной фигуре, его мускулах…

Стискиваю кулаки и впиваюсь ногтями в ладони. Помни, Ния, он тот еще хрен.

Нет, нельзя рядом с ним думать о хрене… Вместо этого я поднимаю взгляд на его золотой торк.

— Сэр Рафаэль, – говорит Серана. – Вашему новому курсанту нужна одежда для занятий. – Ее тон вдруг становится сдержаннее, уважительнее.

Он переводит взгляд с Сераны на меня:

— А… Я и не заметил малявку пикси.

Вот тебе и уважение.

И все же я не могу оторвать глаз. На золотистой коже Рафаэля вытатуированы извилистые виноградные лозы, повторяющие рельеф мышц. Лозы тянутся по мощному атлетическому плечу, ключице и груди и обвивают морскую звезду, корабль и ласточку… Оказывается, чтобы я забыла о сильной ненависти к Рафаэлю, ему достаточно снять рубашку.

— Входи. – Он поворачивается и натягивает белоснежную рубашку.

Я заставляю себя отвести взгляд.

Его комната почти так же восхитительна, как и он сам. Со всех сторон – высокие окна высотой в двадцать футов. Напротив – письменный стол, уставленный растениями, свечами и книгами. На книжных полках из красного дерева – корешками с золотым тиснением… Да, такое жилище достойно короля.

— Я думала, мы идем к гардеробщику, – шепчу я.

— Я один из немногих, кто жил в королевстве фейри, и знаю, как они одеваются, – отвечает Рафаэль с ледяным выражением лица.

Серана улыбается:

— Да. Это очень важно. Сэр Рафаэль все сделает.

Она оставляет меня наедине с Рафаэлем, и я снова осматриваю комнату. Из окон открывается вид на северную часть Камелота. Видны мост между двумя башнями и монументальные стены, окружающие город с трех сторон.

— У тебя миленько. – Поворачиваюсь к нему. – Это не место для отброса, верно?

Одна черная бровь взлетает вверх:

— Послушай, Ния, мы больше не на виноградниках. Ты в Башне Авалона, а я рыцарь Круглого стола.

— Да неужели?

— Да, это так. Не устраивайся здесь надолго. Мы спустимся на этаж ниже, чтобы ты примерила одежду. Не знаю, найдется ли что-нибудь для малявки вроде тебя, но посмотрим.

Он протягивает руку мне за спину, чтобы открыть дверь, и я вдыхаю густой землистый аромат, похожий на запах прокопченных бочек и пьянящего мускуса, смешанного с черноземом. Мысли сразу уносятся к залитым солнцем виноградникам Бордо, к виноградным гроздьям в утренних лучах. Рассказы Рафаэля о них, жажда жизни. Ностальгия по тому, чего не было.

Теперь воспоминания о тех каникулах омрачены.

Наверное, у меня странное выражение лица, потому что Рафаэль замирает, держась на дверную ручку:

— Что-то не так?

— Нет, ничего.

— Ты плохо скрываешь эмоции. Что-то явно не так.

В нем есть что-то пьянящее. Пытаюсь собраться с мыслями.

— Я останусь с тобой наедине?

Выражение его лица остается бесстрастным:

— Чего именно ты боишься? Что я что-нибудь сделаю?

Ничего. Просто рядом с ним мне не по себе. Я была о нем такого высокого мнения, а он считает меня отбросом.