Книга Долина снов, страница 49 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

— Нельзя просто так взять и загородить коридор.

Серана занята самым медленным завязыванием шнурков в истории обуви.

— Прошу прощения… Иногда я забываю, как это делается, понимаешь? Сначала заячьи уши или… ты не знаешь? Мне нужно быть внимательной, иначе завяжу на узел.

Тана спешит вперед, я – за ней, чтобы не отстать, оставив позади Серану и разъяренных «железных легионеров».

В конце длинного коридора мы сворачиваем в другой – широкий – и оказываемся на лестничной клетке. Ноги горят и слегка дрожат от усталости.

— А кто такая леди Шалотт? – интересуюсь я.

Тана поворачивается с легкой улыбкой:

— Ты же знаешь Шалотт – прекрасный остров посреди озера с плакучими ивами? – Она морщит лоб. – А, его там больше нет… Кажется, он ушел под воду во время войны между Мерлином и Мордредом. Элейн была графиней. Она безумно, страстно влюбилась в твоего отца, но он проклял ее, заманил в западню и запер на балконе башни с зеркалом и ткацким станком. Так что башню назвали в ее честь.

Я тяжело вздыхаю. Истории о Мордреде одна краше другой.

— За что он ее проклял?

— Она не поддержала его нападение на Камелот. Думаю, она волновалась за него и пыталась отговорить. Видимо, понимала, что для него это плохо кончится… У Шалотт было небольшое войско, и она отказалась прислать его на помощь. Мордред принял это близко к сердцу и наложил на нее заклятие, заставив сидеть взаперти на балконе и ткать гобелены в одиночестве. Она могла контактировать с внешним миром, только наблюдая через зеркало. Говорят, Оберон снял проклятие, спас ее из башни после битвы и увез в Броселианд. Шалотт должна была стать его невестой. Но она так и не излечилась от любви к Мордреду и умерла от разбитого сердца. Теперь ее призрак бродит здесь. Глубокой ночью она стучится в двери и окна и требует, чтобы ее впустили, спасли от холода. Иногда я разговариваю с ней, но ее трудно понять. Она всегда плачет.

По моему телу бегут мурашки. Я и вправду заключила сделку с одним из худших созданий, которых встречала в своей жизни.

— Да уж, подходящее местечко для встречи…

— Это тайное место. Здесь можно поговорить без лишних ушей – без Пендрагонов или членов их секты. Только вы втроем: ты, Найвен и Вивиан. Мы с Сераной подождем за дверью, а потом проводим тебя назад, чтобы избежать слежки.

Когда мы добираемся наверх, я уже задыхаюсь. Тана жестом указывает на дверь на балкон из светлого камня.

Найвен и Вивиан сидят у огня, у обеих в руках чайные чашки. Воздух свежий и холодный, чуть выше точки замерзания. Солнце ослепляет тем ярким светом, который часто бывает после ливня.

— За нами следили, – сообщает Тана. – «Железный легион». Но Серана их задержала.

— Хорошо, – кивает Вивиан.

Я осматриваюсь: по стенам террасы вьется плющ. Перед зеркалом стоит большой ткацкий станок. Нити в нем образуют паутину.

Когда я вглядываюсь в зеркальную поверхность, она мерцает и покрывается рябью, как озерная вода. А потом показывает оживленные улицы Камелота: мощеные изгибы Малевайл-лейн, ветхие магазинчики на Дарк-Хаус-уок… В следующее мгновение все исчезает.

— Это ее зеркало? – Подозреваю, что из-за недосыпа у меня начались галлюцинации. – Леди Шалотт?

— Так и есть, – соглашается Вивиан.

На секунду я будто чувствую разбитое сердце Элейн. Чье-то присутствие холодит кожу. Я вздрагиваю и снова смотрю в зеркало. Меня словно окатили ледяной водой.