Книга В объятиях вендиго, страница 135 – Эдди Паттон

Всему виной был простой полицейский.

Медленно проведя ладонью по стволу пистолета, мужчина нахмурился и затем прикрыл глаза, заставив меня вновь дернуться от оглушающего звука. В ушах затрещало, сотрясая внутренности дребезжащей волной, и не отпускало целых несколько секунд.

Джейсон заговорил чужим голосом:

— Ему там совсем дерьмово… – сказал он низким голосом Лестера Норта, и на несколько секунд мне почудилось, что передо мной действительно он. – Кажется, мы будем хоронить сразу обоих.

song: creed – bullets

— Не делай так. – Не выдержав, я опустила голову и постаралась не шевелиться. Пистолет все еще был в руке полицейского, так что ничего хорошего плохое поведение не сулило. Мы не были бессмертными избранными, а всего лишь простыми людьми.

— Хорошо, – Олбрайт вернул собственный голос. – Я думаю, что Лестер сможет выкарабкаться, если успеет очнуться. В нем несколько пуль, и у него прорвана артерия, его машина здесь. Придется тратить время.

— Ты его не добил? – Калеб посмотрел на Джейсона почти разочарованно, а Лин прижалась к плечу парня лбом, избегая любого контакта с Олбрайтом, с рук которого медленно исчезала черная краска. Постепенно, словно остывая, его ладони становились из черных серыми. Так плавно, что перемену едва ли можно было разглядеть.

— Я знаю, что нет смысла. Если он выживет, то это станет его личным достижением. Он же так давно хотел этого, да, Кэра?

Сколько боли и страданий может принести один лишь человек! Родителям, близким, детям погибших от его рук, убитых только из-за чьей-то злой воли.

Все еще глядя на расслабленное лицо полицейского, я заметила, что он постепенно теряет кровь. Она растекалась по кофте, от раны внизу, заставляя его грудь тяжело вздыматься, сжимать пистолет в руке еще сильнее.

— Я тоже умру, это не обсуждается. – Джейсон облизнулся, заметив, куда я смотрю. – С такой дырой в животе…

— Мог бы и сам себя прикончить, – добавил Миллер, откинув голову на грудь Лин и морщась от боли. – Все же проще, чем просто так убивать людей.

— Может, тебе и проще, – усмехнулся мужчина. – А я не хочу расставаться с этой возможностью. Не думай, что у всех есть чувство раскаяния, как у мальчишки-индейца. Он захотел этого, а я – нет.

Олбрайт знал о страданиях Лестера из-за того, что тот не мог нормально жить. Он знал, как Норт изводил себя мыслями об избавлении и как был восхищен поступком Элиаса Остина, осмелившегося закончить все самостоятельно.

— Не все в мире черное и белое, слышал о таком, Калеб? – спросил Джейсон негромко. – Я знаю, слышал. Так что не пытайся искать оправдания.

Лин словно спала. Я не слышала ее дыхания, не ощущала движений, даже взмаха ресниц. Она держала обеими руками Миллера, лицо которого было белее снега.

— Я думаю, что ты просто жалкий козел. Вот и все.

— Может, и так. – Джейсон осмотрелся в комнате, темной из-за утреннего дождя за окном и застланного тучами неба. – Мы подождем Лестера, а потом вызовем полицию. Кто останется в силах рассказать копам о произошедшем – молодчина.

В Олбрайте я видела загнанного в угол человека. В детстве его, вероятно, держали в ежовых рукавицах, он старался показать себя в лучшем свете, поэтому не упустил возможности остаться с вендиго, пусть и в извращенной форме, как можно дольше.