Онлайн книга «Демон скучающий»
|
— Вряд ли. — Вот увидите. — А я думаю, эта женщина считается пропавшей, как Костя. Абедалониум специально так тщательно её написал, чтобы можно было прогнать портрет через систему распознавания лиц. «Пробовали, ничего не получилось», – подумав, Вербин улыбнулся и сосредоточился на картине, на которой… Дождь. Классический питерский дождь, бьющий и сверху, и сбоку, со всех сторон сразу. От которого невозможно укрыться. Который обязательно проникнет под одежду, какой бы «водоотталкивающей» она ни была. Дождь, холодный даже летом, а уж осенью – совершенно ледяной. Дождь, естественный для величественного города, идеально сочетающийся со старыми домами, дождь, под которым так красиво разводятся мосты. Питерский дождь, чувствующийся абсолютно во всём – художнику удалось передать его с волшебной точностью. И ещё – классическую питерскую осеннюю тьму, когда мокрые тучи мягко укладываются на старые крыши и забирают весь возможный свет, заменяя его чёрным антрацитом, рассекаемым косыми стрелами дождя. Художник знает Питер. Художник чувствует Питер. А мастерство и невероятный талант позволяют ему перенести знания и чувства на холст. Капли, конечно, не заползают под одежду, но зритель ощущает их ледяной холод и ему становится зябко. Потому что в Питере осень. На заднем плане картины изображён очень красивый дом, расположенный на площади Льва Толстого. Феликс узнал специально – именно на этой площади. Помнил, что видел здание где-то на Большом проспекте Петроградской стороны, просмотрел панорамы в картах и отыскал. Заодно узнал, что оно называется «Дом с башнями». Ну, а то, что оно одно из красивейших строений Питера, Феликс определил для себя сам. Но прекрасный дом, едва подсвеченный придавленными тьмой фонарями, лишь фон для женщины, давшей полотну название. Для женщины, идущей под дождём. Для женщины, при первом взгляде на которую понимаешь, что с ней что-то не так. Инстинктивно чувствуешь, что она чужая, вызывающая странную смесь жалости и желания держаться подальше. И невозможно понять, как Абедалониум это сделал? Как, взяв обыкновенные черты лица, он связал их в образ, вызывающий желание не приближаться? Не отвращение, какое вызывает хозяйка «Магазинчика сломанных кукол», а неясный страх. А потом читаешь название и всё встаёт на свои места. По площади Льва Толстого идёт мёртвая женщина. Под питерским дождём. В питерской тьме. Идёт… И совершенно непонятно, что происходит: то ли по Петроградской стороне действительно ходят мёртвые люди, то ли женщина ещё не знает, что мертва. И продолжает идти по Петроградской стороне. И путь её лежит за пределы картины. Мы не знаем куда. Но мы точно знаем, что женщина – мёртвая. — Он всё-таки невероятный, – вздохнул Вербин. Произнёс не просто так: краем глаза Феликс заметил, что к нему подошла Ника. Как ей казалось – незаметно. Вербин дал ей возможность поверить в это, а когда улыбающаяся девушка собралась к нему обратиться, произнёс свою фразу. — Как ты узнал, что я здесь? – поинтересовалась Ника. — Я из полиции, мне положено всё знать. — Так и знала, что ты это скажешь. Вербин, ты абсолютно предсказуемый. — Привет. — Привет. – Она улыбнулась. – Что мы здесь делаем? — Я провожу расследование, а ты – не знаю. — Тебе самому не надоели эти глупые шуточки? |