Книга Сквозь другую ночь, страница 81 – Вадим Панов

— Веня рассказал? – тихо поинтересовался Вербин.

— Да. С Кариной у нас были очень хорошие отношения, но об этом она никогда не распространялась.

Говорила Мария твёрдо, держалась уверенно, суждения выдавала продуманные, временами циничные, и Феликс понял, что в какие-то моменты Чернова напоминает ему Карину. Видимо, так оно и было, что объясняло отношение Марии и то, почему она с таким спокойствием передала тюфяка-брата в руки Карины – она отдала его своему клону.

— Вы сказали: были очень хорошие отношения, – заметил Вербин.

— К сожалению, обида на Веню перешла на меня. – Чернова не сомневалась, что Феликсу известно, о какой обиде идёт речь. – Во всяком случае, я не вижу других причин, которые бы заставили Карину перестать со мной общаться.

— А вы перестали?

— Сразу же. Карина была на похоронах, но держалась в стороне. Она помогла нам, но на поминки не поехала. Потом я позвала её на девять дней, Карина сказала, что не сможет, и с тех пор мы не общались.

— На сорок дней не звали?

— Она умеет считать.

Всё верно – клоны. Феликс с трудом сдержал неуместную улыбку.

— Таисия Калачёва на похоронах присутствовала?

— Да. Они ведь не только… – Мария пошевелила пальцами. – Веня с Таей были не только любовниками, причём неизвестно, как долго, но и друзьями. То есть они официально были очень хорошими друзьями.

— Как давно они знали друг друга?

— Компания сложилась ещё в институтские времена и существовала до смерти Вени. Общаются ли они сейчас, я не знаю, но Тая с Кариной вряд ли.

— А кто ещё входил в компанию?

— Это важно?

— Я пока не знаю. – Феликс провёл пальцем по исписанной странице записной книжки. – Но мне нужны эти детали, Мария Алексеевна. Мою работу можно сравнить с собиранием домика из деталей детского набора. Иногда детали сразу встают на место, иногда долго лежат в стороне, дожидаясь своего часа. А иногда не подходят и я их отбрасываю.

— А иногда вы отбрасываете подходящие детали.

— Не я.

Она промолчала. Он не мешал – вопрос был задан.

— Компания была очень тесной: Веня, Карина, Таисия – о них, как я понимаю, вы знаете.

— Да.

— Ещё Дарина, это сестра Карины, и Володя Пелек. Собственно, вокруг Володи всё и вертелось.

«Пять человек…» Взгляд Феликса на мгновение задержался на получившемся списке. «Пять человек. Как в ту Ночь, о которой написала Таисия…»

— Володя учился с Веней в одной группе, Карина – с ними на потоке.

— Как Володя отнёсся к смерти Вениамина?

— Вы ничего не знаете? – удивилась Мария.

— Поэтому мы с вами и встретились, – мягко напомнил Феликс.

— Но ведь вы говорили с Кариной и Таей?

— Да.

— Они ничего не рассказали?

Вербин помедлил, лихорадочно размышляя, какой ответ окажется правильным: нельзя дать понять Черновой, будто он подозревает, что Таисия и Карина о чём-то умолчали, лучше свалить оплошность на себя.

— Мы не сильно углублялись в те времена.

— Вы показались въедливым человеком.

— Видимо, я задавал не те вопросы.

— Видимо, да. – Она сделала глоток кофе. – Девять… Нет, простите, чуть меньше… Примерно восемь лет назад Володя погиб в автокатастрофе.

«Четыре человека…» На мгновение Вербину показалось, что появилась зацепка, но она лишь посмеялась над его надеждой и вновь исчезла.

— Вы, кстати, не среагировали на его фамилию, – заметила Чернова.