Книга Сквозь другую ночь, страница 80 – Вадим Панов

— Папа держится, но ему было бы намного тяжелее вспоминать Веню, чем мне.

— Спасибо, что согласились встретиться.

— Только я так и не поняла, для чего мы встречаемся? Вы снова открыли то дело? Появился подозреваемый?

Мария Чернова была домохозяйкой, пригласила Вербина в квартиру в новом доме, и сейчас они пили кофе в большой, очень чистой кухне.

— Лгать не буду: новой версии убийства вашего брата не появилось, – ответил Феликс. – В настоящее время я расследую другое уголовное дело, которое, возможно, я подчёркиваю – возможно! – может оказаться связано с убийством Вениамина. Я не хочу давать вам ложную надежду и уж тем более обещать что-то, но вы очень поможете, ответив на мои вопросы.

— Как эти дела могут быть связаны?

— Похожий почерк.

— Ага… – Мария посмотрела на свою чашку. – Я поняла, что вы имеете в виду: тот же убийца?

— Об этом рано говорить.

— Я поняла. – Она взяла с крючка полотенце и вытерла руки. – Что вы хотите знать?

— Как вы можете охарактеризовать взаимоотношения Вениамина и Карины? – Вербин раскрыл записную книжку.

— При чём здесь Карина? – искренне удивилась Чернова. – Вы её подозреваете?

Феликс тихонько вздохнул.

— Мария, некоторые мои вопросы покажутся вам странными или ненужными, но я не смогу объяснить, почему их задаю. И очень рассчитываю на ваше понимание. И ваше сотрудничество.

— Ага, – повторила женщина. – Конечно.

— Как бы вы охарактеризовали отношения Вениамина и Карины?

— Идеальные.

Вербин поднял бровь.

— Я не шучу, – твёрдо произнесла Мария, заметив недоверие Феликса. – Не знаю, была ли это любовь с первого взгляда, Веня уверял, что да, но вы ведь понимаете, что всё бывает по-разному, да и не важно, какой взгляд, первый или второй. Важно то, что они идеально подходили друг другу. Хотя были абсолютно разными. Веня был открытым, немного наивным и достаточно доверчивым. Вы ведь понимаете, что таким людям сложно в нашем мире, и потому я надеялась, что он встретит женщину вроде Карины – она прагматичная, умная, цепкая, хладнокровная. Эти качества можно оценивать по-разному, но они помогают добиваться успеха. Мой брат ими не обладал, хотя умом его природа не обделила, окажись он с этой жизнью один на один, получал бы плюхи, и слева, и справа. Его бы обманывали, использовали и не позволяли добиться того, чего Веня действительно заслуживал. Карина прекрасно это понимала и умело направляла брата. С ней он бы далеко пошёл, и так, поверьте, говорила не только я.

— Вас это не смущало?

— Что Карина управляла Веней?

— Да.

— Она его любила, – вздохнула Мария. – Это было настолько очевидно, что я прощала ей все выходки, на которые Карина большая мастерица, закрывала глаза на её невыносимый характер и всегда защищала: Карина без памяти любила моего брата, и он был с ней счастлив. Вы с ней говорили?

— Да.

— Значит, вы уже поняли, что Карина довольно жёсткий человек, циничный, прагматичный, таким обычно плевать на окружающих, и ей действительно плевать. Она холодна как лёд. Но Веню обожала. Она за него глотку кому угодно перегрызла бы. И при этом Карина брата уважала. Она понимала, что одно дело – характер, и совсем другое – мозги. А мозги у Вени были.

— Можно сказать, что Карина была манипулятором?

— Она очень ловкий манипулятор, – подтвердила Мария. – Но у них всё было открыто. Думаю, они это обсуждали. Повторю: Веня был прирождённым «подкаблучником», но не дураком, он понимал, как выстраиваются их отношения, и они его устраивали. Карина же, при всей своей жёсткости, не авторитарная идиотка, требующая, чтобы всё всегда было так, как она скажет. Она давала советы, и, обжёгшись пару раз, Веня понял, что лучше им следовать. И они прекрасно удовлетворяли друг друга в постели.