Книга Сквозь другую ночь, страница 157 – Вадим Панов

— Он угрожал?

— Нет. Но я постоянно и повсюду ощущаю его присутствие. Вербин везде. Если бы он ходил только вокруг Таи, это было бы неприятно, но терпимо. Однако Вербин добрался до всех нас и задаёт вопросы, которые мы давно считали похороненными, и тем сбивает с толку. А если наши ответы не влезают в его мозаику, он начинает копать ещё глубже и натыкается на следующую могилу. А я не хочу, чтобы он сложил свою мозаику, потому что знаю, что тогда случится. И ты знаешь, Гриша, знаешь не хуже меня.

— Уехав, мы Вербина не остановим, – рассудительно ответил Кунич. – Зато дадим ему дополнительный повод для подозрений.

— Гриша… – Карина покачала головой, искренне недоумевая, что он не видит, что с ней происходит. – Гриша, я не думала, что когда-нибудь скажу тебе эти слова, но неожиданно поняла, что сегодня скажу. Именно тебе. Я хочу принять твоё предложение. Хочу тебе верить. Хочу на тебя полагаться. Хочу, чтобы ты помог мне закрыть страницу, которую я никак не могу перевернуть. Я очень устала, Гриша, и знаю, чувствую, уверена, что могу пройти сквозь эту ночь только одним способом – сбежав. Увези меня. Увези прямо сегодня. И это станет тем, что поможет мне навсегда расстаться с прошлым. Навсегда, Гриша, я знаю. Я в той самой ситуации, когда готова. Никаких больше призраков, никаких старых чувств – всё останется позади. Не новая страница, а новая книга. И всё, что для этого нужно – уехать вместе.

— Ты знаешь, что я не могу, – пробормотал Кунич, не ожидавший ни такого напора, ни такой искренности.

— Я знаю, что можешь, – мягко надавила Карина. – Мы все можем всё. Вопрос только в решимости. И в выборе.

Он хотел что-то сказать, но женщина не позволила себя перебить:

— Я не предлагаю тебе бежать от расследования – мы ведь вернёмся. Но так получилось, что ты сделал предложение в очень опасный для всех нас момент, я даю на него ответ и хочу, чтобы ты меня защитил. Как пообещаешь защищать чуть позже, стоя перед алтарём. Ты не виноват в том, что я прошу тебя проявить мужественность чуть раньше – так сложились обстоятельства. Но если мы улетим сейчас, то вернёмся настоящей парой. Я это знаю, я в этом уверена, я не сомневаюсь. Призраки прошлого исчезнут. Веня навсегда уйдёт в небытие, растворится, и останемся только мы. Ты и я. И ты никогда в жизни не пожалеешь о том, что защитил меня, когда я в этом так сильно нуждалась.

Никогда. Никогда Карина не была такой и не произносила подобных слов. Никогда её речь не представляла из себя одну большую и отчаянную мольбу о помощи. Она даже не подозревала, что способна на такие эмоции. А Гриша понял, что всё им услышанное – правда, и он смотрит в глаза идеальной женщины, предлагающей ему много больше, чем всё, на что он когда-нибудь сможет рассчитывать. И всё, что ему нужно…

— Я не могу сейчас оставить дядю, – промямлил Кунич.

Перечёркивая всё, что между ними было.

— Не хочешь терять контроль над происходящим?

— Можно сказать и так, хотя я ничего не контролирую, я просто рядом. Ты права – ситуация напряжённая, и я не могу уехать даже на пару дней, не говоря уж о трёх неделях.

— Потому что многое поставлено на карту? – криво усмехнулась женщина.

— На карту поставлено всё. – Гриша посмотрел на остывшее горячее, к которому почти не притронулся, и недовольно подумал, что Карина могла бы завести свой эмоциональный разговор после еды. Под кофе. – Ты знаешь обстоятельства: я четверть жизни провёл рядом с дядей. Было ли это ошибкой? Не знаю. Но факт остаётся фактом: если я сейчас сбегу, дядя сделает вывод. Я не знаю, какой вывод. И не знаю, что он сделает, если я не уеду. Но ты понимаешь…