Книга Сквозь другую ночь, страница 129 – Вадим Панов

Что же касается Ночи, сквозь которую я иду сейчас, то моей следующей жертвой выпало стать владельцу рыжего спаниеля.

На первый взгляд кажется, что убить выгуливающего собаку человека легко и просто: пришёл, дождался и убил. Если, конечно, собака не служебная и не атакует меня раньше, чем я причиню вред её хозяину. На первый взгляд. Но вы забываете, что необходимо соблюдать условия Ночи. Убийства должны быть совершены в чёткой, заранее продуманной последовательности. Прибавьте время на дорогу, на предварительное наблюдение: я ведь не могу бросаться на жертву очертя голову, нужно убедиться, что вокруг безопасно. Вот и получается, что собачник должен регулярно, именно регулярно, чтобы не случилось осечки, довольно поздно выходить из дома. При этом гулять он должен один и, по возможности, в малолюдной местности. Всё усложняется, не так ли? Но поскольку я располагал достаточным временем на подготовку, то сумел отыскать подходящую цель. Владелец рыжего спаниеля. Вдовец. Два взрослых сына живут отдельно. Он приезжает с работы в одиннадцать вечера и тут же идёт гулять с собакой, возвращаясь домой не раньше полуночи. Гуляет в любую погоду, хоть в дождь, хоть в снег, и всегда идёт в расположенный неподалёку парк, выбирая безлюдные аллеи. Впрочем, в такое время они все безлюдны. И главное: за три месяца наблюдений я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь составлял владельцу спаниеля компанию.

Идеально.

Я подобрал несколько мест, в которые он может заглянуть во время прогулки, изучил расположение видеокамер и продумал три безопасных маршрута отступления. Оставалось дождаться Ночи, к которой я был полностью готов.

К той самой Ночи…

Я приехал от медсестры, немного задержался по дороге и потому не успел добраться до наблюдательного поста напротив подъезда собачника: подходя к дому, я увидел бегущего спаниеля и тут же свернул в сторону. Отсчёт пошёл. Я прибавил шаг, чтобы оказаться в парке первым, огляделся, убедился, что никаких веселящихся подростков или блуждающих гуляющих в нём нет, что неудивительно для позднего зимнего вечера, вышел на нужную аллею и принял вид спешащего с работы человека, решившего срезать дорогу. Что может быть естественней: зима, ночь, лёгкий снег, все хотят поскорее оказаться дома. Я не привлекал внимание и не казался опасным, я просто шёл по своим делам, и собачник не почувствовал угрозы. Спаниель отбежал довольно далеко, и это хорошо, потому что мне не хотелось убивать хозяина при собаке. Да и мало ли, что ему взбредёт в голову: псу, а не человеку, он хоть и дружелюбный, но вдруг набросится? А приходить в больницу с укусами после убийства собачника мне не хотелось. Спаниель убежал. Мы поравнялись. Я не смотрел на него до последнего момента, а когда мы оказались рядом – резко толкнул в сугроб. Мужчина потерял равновесие, вскрикнул, а в следующий миг я ударил его молотком в лоб. По-другому было нельзя – мешала шапка. Два удара в лоб, после чего я сорвал с его головы шапку и ударил ещё несколько раз, чтобы наверняка…»

Вербин закрыл книгу.

Регент убил собачника, но раньше признавался, что ни за что не убил бы одинокую женщину с кошкой или собакой. Почему пошёл против собственных правил? Потому что у собачника два сына и спаниель будет пристроен? Возможно… Но объяснение получается достаточно натянутым. Авторский «косяк»? Может, и так. Должны ли редакторы поправлять подобные детали? Или они не заметили? Или спросили у Таисии и получили тот ответ, который Феликс только что придумал: спаниель не останется сиротой. Будем надеяться, что так. Вербин закрыл книгу, убрал её в сумку и посмотрел на дверь кофейни, в которую как раз вошёл человек, которого он ждал.