Книга В сумерках моря, страница 192 – Вадим Панов

— И я с тобой честна, – добавила она.

— И ты со мной честна.

Он повторил фразу так, что девушке захотелось сказать:

— Спасибо. – После чего сделала ещё один глоток воды. Пить не хотелось, но нужно было поддержать голос. – Я правда думаю, что что-то произошло в Евпатории, перед тем как Джина поругалась со Стасиком. Я не знаю что, сестра не рассказала, но что-то должно было произойти, потому что всё, что было дальше – последствия. Джину в буквальном смысле понесло. Сначала она увлеклась Жёлтым. Как я сказала: абсолютно чуждым и диким для неё персонажем. Тем не менее в своих письмах сестра описывала его как сильного, смелого, харизматичного мужчину, который покорил её с первого взгляда. До сих пор не верю, как ей удалось от него сбежать. В смысле, сообразить, что пора бежать.

— Я тебя понял.

Сказал, но не был уверен, что девушка его услышала.

— В следующем письме сестра рассказала, что живёт в Утёсе, где познакомилась и по уши влюбилась в сильного, смелого, харизматичного красавца по имени Герман. Герман, чёрт возьми! Флекс, я сразу поняла, что красавчик наверняка альфонс, но Джина, судя по письмам, была от него без ума. И то, как она описывала очередного «сильного и харизматичного», окончательно убедило меня в том, что с сестрой происходило нечто непонятное. Джина полностью потеряла критическое восприятие действительности, которое ей никогда не отказывало, и я не знаю, как это объяснить. Через два письма сестра подтвердила мои опасения, что Герман профессионально использует свою привлекательную внешность для банальной наживы. Но, к моему изумлению, в этом письме не было особого разочарования или сожалений об обмане. Джина сообщила, что потеряла деньги и машину, но написала об этом странным образом равнодушно, как о чём-то незначительном. И если деньги были не её – Джина отдала Герману наличку, которую украла у Жёлтого, то потеря машины должна была вызвать у неё серьёзные эмоции – сестра обожала «субарик». Но нет, потеряла и потеряла, она так и написала – плевать. А в последнем абзаце указала, что приключения продолжаются и она встретила двух замечательных людей, с которыми собирается провести минимум неделю. Потом было письмо с подробностями того, как Джина проводит время с «приятными людьми», ну, ты, наверное, уже догадался, что это были за подробности?

Ещё один кивок.

— И на этом всё, больше никаких писем.

— Как звали «приятных людей»? – поинтересовался Феликс.

— Богдан и Снежана, – ответила девушка. – Богдан, как ты понимаешь, не только «приятный», но «сильный, смелый и харизматичный».

— Угу. – Феликс аккуратно провёл «Bronco» через очень уж резкий изгиб и произнёс: – И не было письма, в котором Джина рассказывает, что рассталась с ними?

— Не было, – подтвердила девушка. – Богдан и Снежана стали последними людьми, с которыми сестра плотно общалась.

— Нет, ещё Подёнщик.

— Или…

— Мы это проверим, – пообещал Феликс.

И девушка, услышав его слова, радостно улыбнулась. Радостно и очень уверенно.

— Спасибо.

— Ещё не за что. – Феликс помолчал. – Кстати, о Подёнщике. Ты не думала, зачем он отправил тебе телефон Джины?

— Думала, конечно, я ведь не такая дура, какой кажусь. – Девушка вновь улыбнулась. – Подёнщик узнал, что убил одну близняшку, и решил поиграть с другой.