Книга В одном чёрном-чёрном сборнике…, страница 109 – Влада Ольховская, Олег Моисеев, Оксана Заугольная, и др.

Мобильник Игорь заблаговременно выключил, отбив жене СМС, что останется ночевать на работе. Это был не первый раз, когда он врал Алине, оставаясь на ночь у помощницы, – даже раскладной диван был лучше продавленного топчана в кабинете. Горячий ужин и секс были лишь приятным бонусом к спокойному, безмятежному сну и благословенной тишине без шума и криков отпрыска. Вика хорошо чувствовала настроение Мальцева, замолкая, когда это было нужно. С ней было легко, приятно и понятно – как когда-то было с Алиной, пока та не стала стереотипной женой из анекдотов.

Секса сегодня, впрочем, не получилось. Как Вика ни старалась – он не мог выбросить из головы фотографии детских трупов и дебильно-доброе лицо «маньяка», который даже с вывернутыми за головой руками продолжал причитать что-то о «малышах». Отвернувшись от любовницы, Мальцев погрузился в беспокойный, полный плача и зубовного скрежета сон.

* * *

— Сюрпри-и-из! – Игорь дернулся от звуков знакомого голоса, как от пощёчины. Подняв голову от материалов дела, он увидел, как в кабинет входит Алина, ведя за руку Кирилла. Тот прижимал к груди беспорядочное скопление деталек «Лего». Странное чувство стыда нахлынуло на Мальцева, когда тот увидел воочию разницу между Викой и Алиной. И сравнение было не в пользу второй – изящная зеленоглазая красотка с пышной копной пламенных волос резко контрастировала с одетой как попало и густо накрашенной толстозадой женушкой.

— Хер ли ты приехала? – спрятал старлей смущение за грубостью.

— А мы па-а-апочку повидать хотели, – олигофренически-ласковым тоном пропела Алина, буравя Мальцева жгучим взглядом рыбьих серых глаз. Посадив сына на топчан, на котором следак в первый раз трахнул Вику, жена холодно бросила:

— Посидишь в кои-то веки пару часов с ребёнком, не развалишься! У меня запись к врачу, забыл? – понизив тон и, неодобрительно покосившись на Вику, добавила: – Есть подозрение на кисту.

— Подозрение – не обвинение, – безразлично скаламбурил старлей.

— В общем, Кирюш, я уехала, веди себя хорошо и слушайся папу. Я скоро буду, – мальчик в ответ покивал, увлеченно разъединяя детальки конструктора.

Когда Алина вышла, Игорь вернулся к документам. Краем глаза он продолжал следить за одетым в грязно-голубой комбинезон сыном, который потихоньку начинал вертеть своей непропорционально крупной белобрысой головой в поисках развлечения. Вика, кажется, быстро поняла, что общаться с отпрыском Мальцев не желал, и обратилась к Кирюше, сделав свой голос таким же ласково-дебильным:

— Маленький, а хочешь со мной порисовать? Ты умеешь?

Кирилл радостно бросил конструктор на топчан – из того выпала пара деталек – и направился к столу. Подняв глаза, Игорь скривился – эти неуклюжие движения, эти уродливо-пародийные черты лица, эта кретинская улыбка.

— Мы лучше пойдём погуляем. Кирюха, пошли!

— Уг’а-а-а! Гулять с папой! – Кирилл почти сразу же забыл о рисовании и схватил конструктор с дивана. Натянув шапку на уши, встал у двери.

— Так, «Лего» оставь здесь! – строго наказал Мальцев, даже не глядя в сторону сына.

Выходя из кабинета, следователь не мог взять в толк, откуда в нём это омерзительное чувство, неправильное по самой своей сути – стыд за сына перед любовницей. Кирилл, не подозревающий о тяжёлых мыслях отца, весело перебирал короткими ногами и тянул ему свою маленькую ладошку – хотел идти с папой за руку.