Книга Кэп и две принцессы, страница 66 – Евгения Райнеш

Он махнул рукой:

— Разве такое удержишь? Куча научных институтов подключена к исследованиям, всем рот не заткнёшь.

— Мы два месяца сидели в карантине на орбите, — сказала Рене. — Ещё месяц — на домашнем слежении. Значит, за это время?

Громов закусил губу:

— Три недели назад. Разом на нескольких планетах галактического содружества. Не имеющих никакой явной связи. Кроме этой самой пресловутой дуги.

Он бухнулся в кресло напротив Рене, и она только сейчас поняла, что несколько часов беседы дознаватель провёл на ногах, и, наверное, чертовски устал. После травмы ноги, полученной в одной из экспедиций, бывший разведчик ни разу не выходил в «поле».

— Ренета Руслановна, скажите честно. Вы можете поверить в способности инопланетного существа невообразимо естественным образом внедряться в человеческий организм и диктовать нормы поведения? Скажем, полностью отключать его коммуникативные функции? Делать невозможным общение с себе подобными?

Рене пожала плечами:

— В качестве гипотезы я могу вспомнить контакт-солярис. Но… Игорь, извини, кажется, ты устал? Жестом доброй воли я предлагаю вернуться к этому разговору позже.

— Не получится, — сказал Громов. — Вас отправляют в экспедицию…

— Так сразу? — перерыв между межзвёздными полётами, как правило, составляет не меньше полугода. Не считая карантина.

— Просто дело такое, что не терпит отлагательств, — пояснил Игорь. — Этот самым республиканский разум, которого «Иллюзион» притащил из экспедиции… Кажется, обитатели планетарной системы Лься что-то знают про вашего этого Дведика. Доступный нам субъект — просто разведчик с определённым заданием, толку от него немного. Вам придётся отправиться эмиссарами доброй воли к республиканцам.

— О, — сказала Рене. — У Ёшки как раз, кажется, получилось наладить с ним контакт. Доброжелательный, насколько это возможно.

Громов вдруг рассмеялся:

— Нет, без Бодрчковой на этот раз. Во-первых, льсянин каждый раз при упоминании о вашем синхронисте впадает в глубокую кому на несколько дней. А во-вторых, она уже отправилась в одно место… Могу сказать только, что у неё там будет очень много работы…

— А это Элиас Веласкес, наш знаменитый нокер, — радостно сообщил доктор Кандель, специалист по молекулярной биологии когнитивных функций, указывая на щуплого кудрявого человечка.

Знаменитый нокер вытер правую руку о штаны и молча протянул её Ёшке. Несмотря на все свои учёные степени, жизненный опыт и выдающийся интеллект, к мягкой ладони она прикоснулась с опаской.

— Ну надо же, — попыталась шутливым тоном оправдать поспешность, с которой освободилась от рукопожатия, — и что делает взломщик разума в обители покоя?

— Сканирует воспоминания и мечты на нейрокомпьютерный интерфейс, — совершенно серьёзно принялся объяснять Кандель. Веласкес стыдливо уставился в пол, разглядывая что-то видимое только ему одному. — Мы приглашаем его на «Солнечный зайчик», когда нет возможности установить прямой контакт с пострадавшими. Доктор Веласкес у клиник нашего профиля просто нарасхват. Талантище и скромняга. Вам повезло, что вы застали его здесь. Он лучший в своей сфере.

— Ещё Арина… — заливаясь краской на смуглом лице пробормотал Элиас. — Родионова. Она тоже… Талантяга и скромнище…